Франческа и Нунциата

Мелодрама, которая притворяется скромной, но на деле оказывается настоящим триллером. не история любви, а притча о том, как власть убивает душу. Мечта, построенная на костях, неизбежно рушится. Фильм исследует границу между успехом и разрушением. Франческа (Софи Лорен) добивается всего, но теряет себя. Она выросла в бедности, пробилась наверх и теперь держит семью в кулаке. Её «успех» — это абсолютная власть. Последовательно она уничтожает мужа, который стал при ней лишь дорогой игрушкой, любящего и полного жизни сына и верную её же идеалам приёмную дочь. Софи Лорен великолепна в роли человека, который верит, что управляет своей судьбой и судьбой своих близких. Но как в классической греческой трагедии близок час расплаты. Лина Вертмюллер стремится выделить главное. Камера не уделяет внимания мелочам. Интерьеры вторичны. Обманчивое начало предлагает надежду на мелодраму, но напряжение будет нарастать. Каждая сцена будет резче предыдущей. Это царство бедного визуала. Нет пышных декораций, нет операторских изысков. Но Вертмюллер ставит в центр артистов — и это работает. Они тут главные. Джанкарло Джаннини: он знает: его мир умер, но продолжает играть роль. При всей своей деловой беспомощности он очаровывает своим пониманием чести. В его глазах — обречённость, ведь он стал живым символом распада старого мира. Софи Лорен: её трансформация гениальна: вот она строит империю, вот — ломает людей. За красивой маской труженицы - хищный оскал. Рауль Бова: сын, повторяющий судьбу отца. Он не бунтует — он растворяется. Его конформизм следствие того, что он так и не стал бунтующим героем. Клаудия Джерини: милая, хрупкая, но — копия Лорен. Её идентичность — отражение чужой воли. Она учится быть жёсткой, и, похоже, её бесславный конец уже предрешён. Лина Вертмюллер создала фильма не для тех, кто любит глянцевые драмы. Она зрело и спокойно размышляет и о гендерных противоречиях, и о классовых проблемах. За этой историей несложно заметить и судьбу Италии на стыке веков. Но все же, это прежде всего картина о семье. Это кино о том, как люди превращаются в тени своих амбиций. 7 из 10

Застывшая в патриархально-пасторальном спокойствии итальянская провинция конца XIX века. Владелица небольшого, но получающего стабильную прибыль магазинчика макаронных изделий синьора Франческа, увенчанная благородством и достоинством, а не миллионами в кошельке, счастливо выходит замуж за графа Монторси. Благополучная жизнь семьи меняется после ряда тяжелых перипетий, результатом которых становится удочерение Франческой сироты Нунциаты. Итальянская режиссер, актриса и сценарист швейцарского происхождения, верная спутница и способная ученица великого мэтра неореализма Федерико Феллини, представительница практически вымирающей аристократической породы Арканджела Феличе Ассунта Вертмюллер фон Эльгг Эспаньол фон Браухич, более известная как Лина Вертмюллер, в своих многочисленных и витиевато названных картинах, жанрово относящихся к кинематографу социально-политическому, острокритическому и трагикомически-трагифарсовому, словно пыталась всячески подвергнуть себя процессу ирредентизма и катарсиса за своих голубокровных предков, некогда нещадно эксплуатировавших низы общества. Искупление вины и социальное неравенство вкупе с откровенной прокоммунистической позицией красными нитями проходят через все творчество Лины Вертмюллер с конца 60-х годов ХХ века. Впрочем, встать на уровень с теми же Феллини, Антониони, Росселлини или Дзурлини этой троекратной номинантке на Оскар так и не вышло, хотя определенный круг поклонников у нее сложился. К началу нулевых годов карьера Лины Вертмюллер, отмеченная лишь созданием на редкость паршивого римейка ее давней романтической комедии с привкусом социализма 'Унесенные' от Гая Ричи, пребывала в состоянии спада и стагнации, и последней ее по-настоящему заметной режиссерской работой стала адаптированная для итальянского ТВ версия романа Марии Орсини Натали 'Франческа и Нунциата' 2001 года. Пригласив на ведущие роли в этой картине как многоопытных колоссов итальянского кино Софи Лорен, ранее игравшей у Вертмюллер в 'Субботе, воскресенье и понедельнике', и Джанкарло Джаннини, который стал широко известным после участия в ее сатире про Мими-металлурга, отмеченной Золотой Пальмовой ветвью Канн, и молодых да борзых Рауля Бова и Клаудию Джерини, Лина Вертмюллер сняла, на первый взгляд, очень традиционную, даже в чем-то консервативную классическую мелодраму об одухотворенной бедности и порочной природе богатства. Знакомый, до невыносимой боли изьезженный сюжет о социальном неравенстве и запретной любви в духе незабвенных 'Ромео и Джульетты', только с наличием сублимированных оттенков инцеста - все это зрители видели не одну сотню раз, но 'Франческа и Нунциата' чрезмерно очевидными тропами не движется. Традиционализм выражается в картине лишь лишенным изысков киноязыком, и классический без глубоких полутонов лубок мелодрамы с легким душком дешевой бульварной любовной романтики оказывается чертовски обманчивым ввиду того, что в финале фильма режиссер мастерски смещает все предшествующие ему акценты и делает главным выразителем идеи не несчастную по определению сиротку Нунциату, а ее приемную мать в исполнении Софи Лорен, вкладывая в ее уста в финальном монологе всю сущность фильма и по сути подвергшихся трансформации взглядов режиссера, которая теперь отнюдь не на стороне пролетариата. Во 'Франческе и Нунциате' зритель видит ту незыблемую силу старой аристократии и буржуазии, которая может милостива и жестока, но куда как симпатичнее добросердечной незатейливой простоты. Нунциата и вовсе кажется эдакой экстраполяцией десадовской Жюстины со своей добродетелью и жертвенностью, которые в итоге приносят не только ей, но и всем окружающим плоды несчастий и страданий. По сути Нунциата в семье Монторси всегда оставалась чужой, пришлой, не из их круга, и сложные внутрисемейные отношения с наступлением ее взросления есть одним из главных показателей. Любовный переплет не кажется чем эдакой формальностью, привлекательной приманкой, ибо первичным в картине оказывается конфликт семьи, построенной по матриархальным принципам. Франческа решает карать или милость давать, Франческа решает в этой семье все, а Нунциате дано или согласиться, а значит покориться и предать свое чувство, или уйти вон. При этом достоинство и реноме пытается сохранить каждая из сторон, но Лина Вертмюллер, по сути принимая точку зрения Франчески, дает зрителям и возможность проникнуться трагедией Нунциаты. Да, женщины в этой семье сильны, зато мужчины слабы и инфантильны. Что герой Джанкарло Джаннини, что герой Рауля Бова движимы лишь инстинктом самосохранения и вынужденного приспособленчества под новые условия, ведь совершенно неслучайно в фильме подчеркивается и исторический фон еще сильнее, чем в романе Орсини. Италия медленно вступает в эпоху перемен, и некогда подчеркнутый знак неравенства и привычного высокомерия в обществе перестает быть актуальным. Аристократы становятся плутократами и нищими, а выживают лишь те, кто оказался способен преодолеть собственную внутреннюю виктимную природу, как Нунциата и Франческа, ведь фильм, собственно, и посвящен именно этим двум женщинам, а банальный романс о влюбленных, котоым якобы не дано быть вместе, есть не более чем обрамлением. Торжество человеческого благородства с легким привкусом приторности и типичной слащавости. 9 из 10