Горький рис

Существует два варианта перевода названия этого замечательного фильма: «Горький рис» и «Горький смех». Всё дело в игре слов: «смех» и «рис» в итальянском языке пишутся одинаково. Эту производственно-криминальную мелодраму принято относить к итальянскому неореализму, но с некоторыми оговорками. Уж слишком чувственной оказалась постановка Джузеппе Де Сантиса. Послевоенная Италия. Традиционный, патриархальный уклад жизни оказался под мощным давлением заокеанских новшеств, которые принесли с собой американские солдаты: красивые журналы мод, заводной джаз, жвачка, конкурсы красоты. Всё это нашло свое место в фильме. В 1946 году неаполитанец Дино Де Лаурентис стал продюсером римской студии «Люкс» и взял курс на «итальянский Голливуд» с его индустрией кинозвезд. Говорят, Дино увидел юную манекенщицу Сильвану Мангано на конкурсе красоты «Мисс Италия» и пригласил на кинопробы. Девушка пришла на студию, случайно вымокнув под проливным дождем. Но это было очень кстати, ведь ее тезка-героиня из «Горького риса» значительную часть съемок проведет в воде или на фоне дождя. Так началась карьера одной из красивейших итальянских кинодив. В фильме Сильвана – узнаваемый тип итальянской девушки из соседнего двора. Романтичная, работящая, задорная. Она мечтает о счастье, но не знает, как его достичь. Сильвана, вместе с другими девушками из разных провинций Италии, отправляется работать на рисовые поля. На вокзале она замечает странную пару. Это Франческа (Дорис Даулинг) и ее дружок Вальтер (Витторио Гассман). Девушка, работая в богатом доме, украла по просьбе погрязшего в долгах любовника ожерелье. Молодого человека преследует полиция, и Франческе ничего не остается, как смешаться с отправляющими на работу девушками. Есть и четвертый герой истории – сержант Марко (Раф Валлоне) – простоватый, приземленный парень. Вчетвером они и разыгрывают драму на фоне рисовых плантаций. Украденное ожерелье и объединяет, и подчеркивает индивидуальности главных героев. Для Франчески оно – тяжкий груз. Для Сильваны – притягательный фетиш. Для Вальтера – не более, чем один из вариантов наживы. Для Марко – запретная тема. Джузеппе Де Сантис удивительным образом смог объединить итальянский неореализм (сцены работы на рисовых полях, жизнь женщин в бараке) с американским игровым кино (магнетические танцы Сильваны Мангано, финальная схватка главных героев). Одно слово – браво! 8 из 10

Шумная, суетливая, нескончаемая жизнь железнодорожной станции в Турине вдруг принимает вид людского потока, энергично стекающегося к специальному поезду №2. В основном это женщины молодые и симпатичные. Продавщицы, машинистки, фабричные работницы, крестьянки собираются ехать на сезонную работу – прополку риса – в надежде подкормиться, получив зерно в оплату. Все возбуждены, говорят громче обычного в ожидании отъезда. И вдруг разговоры приглушаются, невнятная до этого закадровая музыка становится громче, приобретая ритм и четкость джазовой синкопы. На привокзальном пустыре среди сидящих женщин под патефон танцует девушка. Невероятная грация подросшей кошки, раскованность и уверенность в себе – просто глаз не оторвать. Манящее движение рукой, неуловимо-резкий поворот бедра – взмах юбочки. Это Сильвана. Сильвана Мангано. Случайно или нет совпало имя главной героини с именем актрисы - не так уж важно. Важно то, что невероятной силы обаяние и сексуальность 18-летней девушки сделали фильм нетленкой и вывели драму Джузеппе Де Сантиса в число лучших кинопроизведений послевоенной Италии. «Горький рис» - второй фильм трилогии Де Сантиса о сельской жизни, снятой в стиле неореализма. В основу сюжета положена история четырех героев, оказавшихся волею судьбы на рисовых плантациях. У каждого из них своя история и жизненные сложности, никто не окрашен в контрастный цвет осуждения-восхваления, а скорее окутан облачками симпатии. Молодая женщина Франческа скрывается от полиции вместе со своим приятелем вором-джентльменом Вальтером. Сержант Марко, у которого за плечами 10 лет военной службы, находится на пороге демобилизации. Мирная жизнь его пугает, но он полон решимости начать жить как все. Именно поэтому он в начале симпатизирует Сильване. Сильвана же, обладая всеми признаками натуры-рецептора, стремится найти и принять все, что ей кажется новым и не рутинным: буги-вуги, комиксы, прочие приметы американской культуры. Ее манит другая, незнакомая жизнь. Например, та, которой живут Франческа и Вальтер. И если в первой части фильма Сильвана позиционирует себя метками «я – не такая», то дальше рокировки и перемены статуса неизбежны. Меняется и Франческа: неожиданно для себя адаптируясь к нелегким условиям сельского труда, собирает свою рассыпанную жизнь в тугой мешок для зерна. Конечно, все признаки неореализма картина имеет. Но все же ощущения того, что создатели прошли по краю главной кино-дороги Италии и зацепили элементы зрелищного, развлекательного кино очень явственны. Героини фильма вместе с вновь обретенными подругами живут в бараке, работают под палящим солнцем по колено в воде. Но, что это? Почему нет осознания безысходности их рабского труда? Просто все внимание зрителя отвлечено на то, как все это снято. Шорты всех фасонов и разных степеней элегантности – такова спецодежда рисовых полольщиц. Камера ненароком спускается ниже - на уровень согнутых спин и выстраивает новый горизонт из женских бедер. Белые соломенные шляпы летают как бабочки, придавая праздничность и динамизм мизансцене. Сильвана выходит на плантацию в черных полупрозрачных чулочках неясного функционального назначения. Чувственностью пронизан практически весь фильм, но сделано это так мастерски, без педалирования и нарочитости, что воспринимается на уровне общего мироощущения. Такая подача, как ни странно, не заслоняет и не приуменьшает важности социальной темы изменения самосознания женщин послевоенной Италии, переоценки их места в обществе. Сцена, в которой на рисовом поле полольщицы переговариваются о важном с помощью пения, как делали это рабы на хлопковых плантациях, удивительная по своей силе. Мгновенно принимая правила игры, обходя систему, они показывают свою силу и необыкновенное мужество. В итоге мы имеем фильм с ясной драматургией, продуманным психологизмом, прозрачным посылом и неограниченным сроком годности. Сломаны стереотипы о женской красоте, холодной и отстраненной, появляется типаж, позже названный «девушка с соседнего двора». Танцующей походкой Сильвана Мангано шагнула на постеры, вышла замуж за начинающего продюсера Дино де Лаурентиса и возглавила триумфальное шествие чувственных итальянских кинокрасавиц. Танцуй дальше, Сильвана…