Пленница

«Пленница» – один из самых удивительных фильмов Шанталь Акерман, под стать её биографии и внутреннему миру. В нём нет почти ничего, что могло бы привлечь случайного зрителя, а повествование остаётся сухим и сдержанным при любых обстоятельствах, но никакой банальности здесь нет и в помине. Режиссёр избегает психологического объяснения действий и чувств героев, разделяя их сомнения со зрителями. Нет правильного или неправильного решения проблем, а конечные выводы открыты для любых интерпретаций. Будучи в душе глубокой «шестидесятницей», Акерман в своих поздних фильмах стремилась воссоздать характерные черты самого интеллектуального десятилетия кино. Студент Симон в исполнении Станисласа Мерхара словно выточен из камня сомнения, подогреваемого принадлежностью к обеспеченным слоям парижского общества. Не имея материальных затруднений, Симон находится в стадии духовного поиска и сосредотачивается на проблемных аспектах интимной близости женщин с мужчинами и друг с другом. В этом ему призвана помочь живущая в его доме Ариана, образ которой так и остаётся размытым и рассматривается исключительно через субъективную позицию Симона, исследующего телесную и душевную грани её личности. Но вместо желаемого он получает дополнительную и более серьёзную проблему – Симон желает знать об Ариане буквально всё и чувствует, что не в силах достичь своей цели. В итоге, он понимает, что всё это – часть его собственного уравнения, у которого вряд ли могут быть решения. «Пленница» является свободной и обновлённой до современности адаптацией одноимённого произведения Марселя Пруста из цикла «В поисках утраченного времени». Для французского писателя было вполне естественным выстраивание своего произведение от лица мужчины, видевшего в возлюбленной непостижимый объект своего интереса, который изначально был временным и предельно аналитичным в проблемном отношении, а вот для режиссёра-женщины встать на сторону мужчины и попытаться раздвинуть субъективные границы восприятия интимных отношений в женской среде никогда не бывает просто. Учитывая именно женскую специфику фильмографии Акерман, такой выбор заслуживает определённого уважения и призван нивелировать возможные противоречия. Пассивный механизм картины соответствует её внешней сероватой оболочке, но и на холодном фоне всегда есть где применить художественные средства, а в «Пленнице» таковыми являются звук и интерьеры. Череда звуковых проявлений, которыми фильм открывается и заканчивается, имеют естественную природу – шум волн, работающего кинопроектора или стук женских туфель, но каждый звук удивительно соответствует определённой сцене, драматически сливаясь с ней и отражая эмоциональное состояние героев в тот или иной момент времени. Повседневный ритм их жизни напоминает синусоиду с небольшими циклами подъёма и спада жизненной активности. Но если для Арианы активность сопряжена с пребыванием вне дома Симона, то для него собственный дом является подлинным прибежищем духа, в котором явственно чувствуются ноты затхлости и отчуждения. Сам дом имеет несколько коридоров и призван символизировать собой бесконечность или, ещё более точно, бег по кругу главного героя, воздвигающего стену сомнений между собой и внешним миром. В этой большой квартире есть несколько коридоров, отражающих друг друга, словно линии жизни, судьбы и сердца её хозяина и несколько комнат в стадии реконструкции, создающих иллюзию активности. Для Шанталь Акерман решающее значение имеет цена знания. Ариана и Симон не знают друг о друге почти ничего, но если для неё это вполне нормально, то для него – вопрос жизни и смерти. В реальности именно так и происходит, а степень спокойствия и комфорта одного человека, в каком бы то ни было плане, зачастую оказывается степенью беспокойства другого. И не всегда эти два корабля в океане совместной жизни расходятся мирно. Особенно, если океаном зовётся уличная лужа.

Симон живет в большой квартире вместе со своей девушкой по имени Эриан и служанкой, которая по утрам приносит ему кофе. Он, по-видимому, не работает и все дни проводит в слежке за Эриан, хотя та об этом знает. Он хочет достичь абсолютного контроля в любви к Эриан и фактически превращает ее в пленницу. Он может отпустить ее в театр, а затем в антракте приехать и забрать ее домой, попутно учинив допрос. Но главное, он хочет понять – нравятся ли Эриан вообще мужчины или она больше интересуется девушками? Фильм «Пленница» чрезмерно затянут, причем в этих затянутостях просматривается отчетливое желание режиссера придать сценам чувственность посредством их замедления. Это очень слабый ход, который точно не пошел фильму на пользу. Медленные сцены, в которых ничего не происходит, только утомляют зрителя, хотя и могут понравиться тем, кто любит всматриваться в лица и детали интерьера. Проблема в том, что история Симона и Эриан не драматична. Поэтому она не держит в напряжении. Она напоминает затянувшуюся полупьяную посиделку на кухне, начатую с целью выяснения отношений. Причем участники этого затянутого разговора непременно хотят дойти до конца и поставить окончательную точку. Но, как водится, в разговорах о чувствах точек не бывает, они часто бесконечны. Поэтому Симон и ведет бесконечные допросы, а Эриан изворачивается как может. Половина диалогов фильма очень слаба, в другой чувствуется сила. Это создает неприятный дисбаланс в фильме, потому что одну половину фильма хочется промотать, а на другой задерживаешь дыхание, чтобы не упустить ни единой мелочи. Впрочем, такое внимание фильм получит лишь от того зрителя, который привык к чтению серьезной модернистской литературы вроде романов Вирджинии Вулф, которая на десятках страниц описывала тонкости чувств. Но такого зрителя очень мало. Большинству куда более будет интересен сюжет с драматическими перипетиями, напряженность в отношениях персонажей, яркие интерьеры. Ничего этого в фильме нет. Вместо сюжета с драматическими перипетиями зритель встретит вымученную болтовню, выдающую откровенную бездарность сценаристов. Вместо напряженности в отношениях персонажей – их чисто артхаусное поведение, когда они в течение десяти минут могут разглядывать друг друга. Вместо ярких интерьеров – серую квартиру Симона с умопомрачительным количеством клаустрофобных комнат. Так что габариты современного качественно кино «Пленница» не выдерживает. Фильм непомерно затянут, мысли потоплены во вторичных деталях, на которых в силу неумения сценаристы и решили построить фильм, медленные сцены напрочь убивают внимание. Хотя в целом фильм и вписывается в артхаусную концепцию фильмов о странной любви, он на этом пути далеко не заходит, оставаясь ее весьма посредственным выразителем. 4 из 10