Кровавые апельсины

Все реки текут в море, но море не переполняется: к тому месту, откуда реки текут, они возвращаются, чтобы опять течь. Все вещи — в труде: не может человек пересказать всего; не насытится око зрением, не наполнится ухо слушанием. Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем. Книга Екклесиаста. 1: 7–9 — Друзья, спасибо, что не забываете об атомарных фактах, хотя сейчас и не об этом. Джон Хоукс. Мастер слова. Стилист. Художник буквы. Хоукс не просто пишет, нет-нет, его цель заключается в другом. Он берёт нас за голову, резким движением погружая в чан с холодной водой. Мы ошеломлены. Мы напуганы? Быть может. Мы начинаем прерывисто дышать, говоря: «Вот оно! Вот истинный вкус литературы». Так было с «Людоедом», так будет и с «Кровавыми апельсинами» (со временем). Но don Хоукс ещё и идейный продолжатель крестового похода отечественных классиков. Поход против Смерти или во имя Смерти? Время покажет. Точно. А справится ли с этим кино? Самое главное, что мне хотелось бы вам сказать, звучит так: «Факты всегда одиноки». Посмотрите фильм, убедитесь в этом, прочувствуйте катарсис в истовом смысле этого слова. Кто вы? Что вы? Как вы? Из небытия выходите на улицу бытия, начиная размышлять о том, что и где имеет своё место. Вас беспокоит совокупность вещей, которую вы стремитесь отрефлексировать. Каждая мысль, каждое движение души создают параллельную жизнь. Происходит конвергенция. Эмергенция. И вот вы, вот бытиё, вот ускользающие от вас факты. Вы позволите им жить и дышать? А может вместе с ними вы погрузитесь в беспокойный сон, стремясь к тому, чтоб повсюду установился абсолютный ноль? Да-да, это вы, ваша инертность, ваша неспособность увидеть превратила факты и вас в ледяные скульптуры, составные частицы которых почти полностью утратили движение. Нужен ли вам антидот? Смотрите. Вы так и хотите стоять, любуясь абсолютным нулём? Смотрите. Ибо смысл культуры в этом… … победа над энтропией. Слово за душой или полная заморозка непослушного бытия. Об этом Джон Хоукс. Об этом и Достоевский. Хотите поспорить? Что же, приглашаю вас пройтись по улицам Греции, соревнуясь в (софистике) ораторском искусстве. Стоит ли смотреть фильм? Вопрос. Стоит ли читать первоисточник? Восклицательный знак. Но опять и опять всё упирается в эти проклятые факты: факты о Мире, о нас, о чувствах. Существуют ли они вообще? В таких масштабах все определяется неопределенностью, поэтому не то чтобы частицы были неподвижными, вы просто никогда не сможете измерить их так, словно они неподвижны. — Продолжим смотреть (и делать) и поддерживать хорошее кино, чтоб всё лучшее в нас и дальше прорывалось наружу. Честь и удачи!