Осада Шарпа

Ричард Шарп, чью поношенную зелёную куртку намертво сроднил со своим скелетом Шон Бин, здесь не спасает империю от гибели. Он просто пытается выжить в абсурдной мясорубке, где приказы отдают идиоты, а расплачиваться за них приходится парням, чья главная суперспособность — умение быстро перезаряжать мушкет окоченевшими пальцами. Зубная боль главного героя становится идеальным камертоном всего происходящего: она ноет, сводит с ума, требует радикального хирургического вмешательства с помощью кузнечных клещей и напрочь убивает любой пафос. Шарп зол, измотан и готов порвать глотку любому, кто встанет между ним и кружкой рома, и эта первобытная ярость тянет на себе весь груз местной драматургии. «Форт из грязи и камней — мясорубка для парней» Диспозиция напоминает издевательскую шутку сумасшедшего картографа. Полуразрушенный замок Шато-Масиаль — это не неприступная твердыня, а архитектурное недоразумение, в котором постеснялся бы зимовать даже страдающий артритом барсук. Но приказ есть приказ, и кучка оборванцев в зелёном сукне должна превратить этот памятник европейской бесхозяйственности в смертельную ловушку для превосходящих сил противника. Здесь на сцену выходит Патрик Харпер (Дара О’Мэлли) — ирландская гора мышц и сарказма, человек, который относится к французской пехоте как к назойливым комарам на загородном пикнике. Оборона этого куска щебня превращается в мастер-класс по утилизации подручных средств. Когда у тебя нет нормальной артиллерии, в ход идут смекалка, пороховые закладки и такая-то матерь. Ловушки расставлены с циничной методичностью браконьера. Пространство замка сужается до размеров гроба, воздух становится густым от пота и пороховой гари, а каждая стычка у ворот напоминает кабацкую драку, только вместо разбитых бутылок здесь вскрывают грудные клетки тяжелыми кавалерийскими палашами. «Командир — тупой урод, отправляй его в расход» Главный враг британского солдата носит не синюю французскую форму. Главный враг носит красную гордость, купленный за папенькины деньги патент на офицерский чин и полное, кристально чистое отсутствие мозгов. Майор Бэмпфилд (Кристофер Виллерс) — это ходячий манифест аристократической деградации. Он командует с грацией пьяного голубя, играющего в шахматы: опрокидывает фигуры, гадит на доску, объявляет о своей гениальной победе и стремительно улетает в кусты при первых звуках выстрелов. Его некомпетентность токсична, она убивает вернее, чем снайперская пуля. Система, где право вести людей на убой передается по праву рождения или толщине кошелька, вызывает физическую тошноту. На фоне этого напудренного ничтожества суровая, звериная эффективность стрелков выглядит единственным островком здравого смысла в океане имперского идиотизма. Им приходится не только отбиваться от наседающего врага, но и выгребать дерьмо за собственным командованием, что возводит уровень их мизантропии в абсолют. «США и Альбион делят старый бастион» А чтобы градус абсурда не снижался, судьба забрасывает в эту сухопутную клоаку совершенно чужеродный элемент. Капитан Киллик (Филип Уитчерч) — американский капер, который приносит корабельную логику и морскую артиллерийскую терминологию в траншейную грязь. Этот союз заклятых англосаксонских друзей рождается не из высоких идеалов, а из примитивного, но очень прочного желания не быть насаженными на штыки. Американский прагматизм сталкивается с британским упрямством, и искры от этого столкновения поджигают порох лучше любого кремня. Наблюдать за тем, как морской волк пытается натянуть такелажные правила на сухопутную осаду, — отдельное извращенное удовольствие. Это дипломатия, построенная на взаимных оскорблениях и синхронном спуске курков. «Жена вздыхает в будуаре, пока муж режет всех в угаре» Пока в замке жрут крыс и считают последние патроны, в параллельной вселенной чистых простыней и фарфоровых чашек разворачивается своя, не менее отвратительная трагедия. Джейн Шарп (Эбигейл Круттенден) внезапно осознает, что выйти замуж за легендарного героя — значит делить ложе с человеком, от которого пахнет запекшейся кровью, а не лавандовым мылом. Её столкновение с реальностью жестоко, но закономерно. А тут еще и скользкий граф де Макер (Кристиан Брендель) источает ядовитый аристократический шарм, плетя интриги вдали от линии фронта. Контраст между этими мирами бьет наотмашь. Пока одни выхаркивают легкие в безнадежной обороне, другие играют людскими судьбами за бокалом шерри. Гниль высшего света противопоставляется грязной, но честной жестокости передовой, и симпатии здесь явно не на стороне тех, кто носит кружевные жабо. Высшее общество здесь — лишь красивый фасад, за которым скрывается трусость, предательство и тотальная моральная импотенция. Это история о том, как выживают вопреки. О том, что ордена вешают на грудь тем, кто отсиделся в тылу, пока настоящую грязную работу делают безымянные ублюдки с почерневшими от пороха лицами. История, где нет места благородным рыцарям, а есть лишь загнанные в угол хищники, готовые перегрызть глотку империи ради глотка воды и права увидеть завтрашний рассвет. История пишется парадными портретами победителей, но куется она кровавыми мозолями тех отморозков, кто вовремя понял: когда заканчиваются патроны и здравый смысл, единственным аргументом в споре с вечностью остается тяжелый клинок, опущенный на череп с пролетарской прямотой. 8 из 10

«Осада Шарпа» сделана в лучших традициях прошлых серий. Здесь можно порадоваться хорошо поставленным боям, хоть они и страдают по-прежнему некой дешевизной, которая выливается в безкровье (т. е. после удара по человеку колюще-режущим ни кровинки) и малочисленность войск (пара-тройка человек изображает взвод, взводы изо всех сил делают вид, что они - полки), но с другой стороны радует глаз аутентичная форма, боевые построения и обращение с оружием, много взрывов, стрельбы, порохового дыма и прочих радостей боя. С первых кадров мы видим, что, практически с того света, вернулся на экран старый враг Шарпа – французский майор Дюко. В одном из самых первых фильмов помнится, он был заколот своими же отступающими пехотинцами, но видимо, не так просто сживать со свету злодеев. Ну и где Дюко там жди подлостей, а они себя ждать не заставляют и появляются в виде француза – приверженца Бурбонов, который утверждает, что в Бордо преобладают анти-Бонапартистские настроения, и если небольшой отряд займёт один укреплённый замок, то при поддержке населения, это весьма поможет Веллингтону при вторжении во Францию. Естественно, туда выдвигается Шарп со своими стрелками и естественно, под командованием недалёкого и неопытного, но зато самоуверенного и высокомерного полковника. Нетрудно будет предположить, что в фильме будут предательства, недальновидные решения некомпетентного начальства, будут битвы, готовые проявить благосклонность дамы, Шарп даже чуть не изменит своей жене. Кстати, в этой серии Ричард женится, женится он на той самой племяннице одного своего врага – Генри Симмерсона, с которой познакомился и сошёлся в прошлом фильме. Таким образом майор Шарп теперь окольцован и должне сдерживать себя в общении с женским полом. В этой серии удалось, хотя по признанию самого Ричарда «ещё бы чуть-чуть…». Сам Ричард в этом фильме практически окончательно обживается среди знати, он довольно сносно ведёт себя в офицерском обществе, почти перестаёт тушеваться вне поля боя и обрастает благородными манерами. Из первоначального состава стрелков остаётся всё та же троица – ирландский сержант Харпер, старенький снайпер, который любит украсить очередную серию своим пением и рыжий очкарик, который благодаря образованию помогает героям разобраться в каком-нибудь документе или объясниться с представителями местного населения, которые смеют не знать английский. Также мы увидим новый вид французской кавалерии – на этот раз это драгуны. Ну и впервые будет упомянуто, что Наполеон воевал в России, а не только в Испании и «где-то на севере Европы». Вот. В целом достойная серия достойного сериала, с боями, интригами, красивыми женщинами и отважными мужинами.