Похищение инопланетянином: Интимные секреты

Эротическая космическая фантастика - жанр особый. После «Барбареллы / Barbarella» (1968), «Флэша Гордона / Flesh Gordon» (1974) и «Космической девственницы / Star Virgin» (1979) снять что-то принципиально новое в этом жанре почти невозможно. Поэтому режиссёрам, дерзнувшим вторгнуться в Terra incognita человеческой сексуальности, приходится быть изобретательными. Большими бюджетами такие фильмы похвастаться не могут, поэтому вся надежда на хороший сценарий и талантливых актрис. Сценарий, безусловно, должен быть если не захватывающим, то хотя бы - интересным. А вот актрисы... Их сценические таланты могут быть легко заменены тем, чем природа одарила их от рождения. Тема инопланетян в эротической космической фантастике занимает место особое, потому как придумать сюжет, в котором человеческое либидо проявляется при контакте с астероидом или кометой довольно сложно. А вот пришельцы - дело другое. Шляются по галактике. Ищут непонятно что. А потом свалятся на Землю, и тут такое начинается... Впрочем, это самый простой вариант сценария, на который хорошие режиссёры не «ведутся». Люциан Даймонд в свой единственный фильм постарался вложить нечто большее, чем «горячий видеоряд». По его версии «разумная жизнь в космосе может принимать множество форм», но доминировать непременно должны антропоморфы. «Человекоподобие» здесь не экономия бюджета на облике инопланетянина, а важная составляющая сценария. Пришелец прилетел на Землю вовсе не за похотливыми похождениями, а в попытке остановить деградацию и вымиранию народа своей планеты. Но законы природы одинаковы в любой точке Галактики, поэтому на скрещивание разных видов у природы безоговорочный запрет. Безымянный чужой это прекрасно понимает, поэтому генетически изменяет своё тело «для достижения полной совместимости». Но изменение внешности ничего не даёт без понимания «человеческого процесса воспроизведения». А по законам планета пришельца, продолжение рода - акт не столько физический, сколько духовный, когда воедино сливаются не только тела, но и души. Собственно, лишь отсюда начинается основное действие. Пятеро подруг встречаются в сауне с целью «слегка оттянуться». О чём можно говорить, сидя голышом у бассейна? Конечно, мужчины говорят о женщинах, а женщины говорят о мужчинах. Основных персонажей трое: Шери (Дарси ДеМосс, ведущая программы «Playboy's Home Shopping» на канале Playboy), Тедра (Пиа Рейс, филиппинская модель и актриса, победительница Playboy месяца «Январь 1988»), и Вероника (Мередит Холмс, малоизвестная актриса, закончившая кинокарьеру этим фильмом). Далее идёт словесная рокировка, для знакомства с персонажами. Тедра - «дипломированная потаскушка», Шери - «женщина со здоровым аппетитом и здоровым отношением к физическим и духовным удовольствиям». На словах всё выглядит резко и грубо, на самом же деле такое «само представление» берёт начало в психологических травмах из юности. И вот здесь, в процессе обрывочных воспоминаний по принципу «А помнишь, как тогда!», начинают всплывать подробности одной поездки по ночному шоссе... Этот фильм из той категории, когда одни зрители ставят 8 баллов, а другие - 2. Но не потому, что фильм очень хорош или совсем плох, а потому, что всё зависит от настроения и собственных предпочтений. Лента носит явно выраженный медитативный характер. Здесь нет экшена, нет действия, нет контрастов. Расслабляющая музыка композитора Рега Пауэлла вкупе с отличной работой оператора Адольфо Бартоли действуют почти усыпляюще - почти также, как поступил пришелец с тремя девушками на дороге. Сцена за сценой, кадр за кадром Даймонд подводит зрителя к главной идее своего фильма: удовольствие - это дар, который нужно ценить и которым обязательно нужно делиться. Пришелец не вторгается в разум девушек, он лишь настежь распахивает двери сексуальных фантазий, чтобы для себя самого понять, что именно доводит молодое женское тело до экстаза. Его цель - заставить девушек почувствовать то, что они никогда раньше не чувствовали. Сканируя их мозг, он проецирует на большой экран визуализированную эмоциональную и гормональную бурю, сокрушающую женские тела. Образ гуманоида, которого сыграл Дмитрий Богомаз, тоже крайне удачно вписался в фильм. Вроде бы обыкновенное лицо, но есть в нём что-то такое... будто не от мира сего. В заключении хотелось бы сказать, что тема человеческой сексуальности глубока как Марианская впадина. Мы исследуем её на протяжении тысячелетий, но так же далеки от её понимания, как далека мечта о Недостижимом Прекрасном...