Злодей

Один из самых гениальных безумцев двадцатого века Сюдзи Тераяма написал такой сценарий, что не обратить внимание на эту ленту было сложно. Действие, обусловленное вполне конкретной конфликтной ситуацией виляет в сторону от традиционной стилистики дзидайгэки и опытной рукой художника от кино Масахиро-Сан разворачивается по всей горизонтали многочисленных персонажей этой ленты. Первая половина фильма наименее информативна, но максимально интересна с позиций осознания атмосферы и постижения духа того времени. Множество историй, взахлеб и спутано рассказываемых с экрана помещают нас в хаос смутного времени. Появление нового сёгуна приводит к реакционным мерам - закрытию борделей и игорных домов, закрытию театров, ограничениям на роскошь. Многие оказываются недовольными - люди оказываются на грани выживания. И это оказывается определяющим. Синода прекрасно сгущает краски и приводит все к финальной безумной феерии. Она не сопоставима с величественными масштабами человеческого отчаяния переданными Масаки Кобаяси в 'Харакири', но так похожа и по смыслу, и по форме. Так и вспоминается совершенно безумная в своей реалистичности сцена, попытки убийства девушки - '...хочу разрезать девственную кожу. Кадзума, раздень девушку'. Так что, применительно к творчеству Синоды эта лента вполне укладывается в единую цепь дзидайгэки о смутном времени - 'Убийству' и 'Копьеносцу Гонза'. Определенный сумбур здоровски мешает этому фильму остаться в истории кино заметной 'выемкой', но профессиональный подход Синоды не позволяет картине раствориться в потоке жанровой безвкусицы. 5 из 10