Сделановсша

Я тот, кем ты будешь; я тот, кто ты есть. В своём дебютном фильме Клаудия Льоса обращается к древней, как мир, проблеме конфликта старого и нового. В деревню, чьё название переводится примерно как «Посторонним вход воспрещен», случайно попадает молодой человек из города. Поскольку дорог нет, а в деревне праздник, ему приходиться остановиться на три дня у мэра. Симпатичный юноша с «Полароидом» разбивает сердце самой красивой девственницы года (да-да, местные жители устраивают такой конкурс, выбирая девушку, которая в течение праздника будет изображать Богородицу). Девушка носит необычное имя «Мадейнуса», хотя правильно оно записывается как «Mah-day-ah-noosa» и является довольно популярным в Перу. Она хочет уехать с парнем, ибо в деревне ей не нравится: сестра завидует и строит козни, а отец открыто домогается. Хотя фильм очень самобытен, наметанный глаз не может не уловить параллелей с мистически-религиозными, сюрреалистичными феериями Ходоровского. Эти костюмы, неизъяснимо странные церемониальные действия, триумфальные шествия… А разбитные народные гуляния могли бы принадлежать руке Кустурицы, родись он перуанцем. Ну и издыхающая крыса, снятая крупным планом, – удивительно, но это действительно может быть красиво, как красивы, например, слизняки у Гринуэя. Я не буду скрести по поверхности, перечисляя все те вещи, которые у среднестатистического человека вызывают отвращение – инцест, свингерская ночь, разглядывание вшей, ограбление одинокой женщины, не способной постоять за себя и прочее. Важнее, пожалуй, заглянуть в корень зла. Жители деревни ведут добропорядочную жизнь исключительно из боязни перед высшими силами. Как только взор небесного ока отворачивается – всего на три дня в год – начинается содом и гоморра. Воруй, убивай, люби гусей: бог же не видит! Религия, по мнению многих, имеет право на существование как костыль нравственности, но если этот костыль – единственное, что удерживает человека от падения в пучину греха, то грош цена его богобоязненности. Глядя на последствия потери «костыля», думаешь: уж лучше бы вся деревня ударилась в кальвинизм. Не знаю, хотела ли Клаудия заложить именно этот посыл в своё творение, но он просматривается как нельзя лучше. Если с психологической точки зрения фильм смотреть неприятно (во всяком случае мне), то визуально он действительно хорош. Конечно, китайские церемонии отличаются куда большей пышностью, но по отношению к христианским обрядам такое буйство красок и одежд является скорее исключением, чем правилом (в кино, не в жизни; единственная кино-аналогия, приходящая в голову - 'Рим' Феллини с церковным показом мод). Да и актеры на главные роли подобраны хорошо. У девушек-сестер чрезвычайно интересный типаж. Если добавить к этому замечательный саундтрек, то в совокупности картина всё-таки со знаком «плюс».

Не могу сказать, что впечатлился этим фильмом. Да, кстати, сделановсша – это имя главной героини - дочери мэра глухой перуанской деревни. Картина рассказывает о событиях произошедших с мужчиной, который волею судеб оказался на короткое время в этом ужасном месте. Мне кажется, что если брать максимально крупно, то этот фильм об информационном голоде. Небольшая деревня, отрезанная от мира бездорожьем и отсутствием даже телефонной связи стала благодатной почтой для развития чудовищных и отвратительных как сама гниль предрассудков и прочей глупости. Здесь религия смешивается с язычеством, а логическое мышление с безумием. Порожденная таким образом шизофрения, господствующая в коллективном бессознательном деревни поразила умы каждого жителя. Если экстраполировать эту картину на индивидуально-психическое, то мы получим человеческое сознание, подверженное деструктивным или даже дегенеративным проявлениям в условии изоляции (в том числе самоизоляции) от внешнего мира. Видимо болезненное состояние психики как на индивидуальном, так и на групповом уровне и было вербализовано и визуализировано в этом фильме. Ну и что? Подумаешь, эка невидаль, кто бы сомневался и полагал обратное