Нация фастфуда

Дешевая еда Дешевая одежда. Равные права для всех. Достойные зарплаты. Доступные для всех. Это реальные символы тех США, которые манили многих своими кажущимися стабильностью и благополучием в 80-х. Остановимся на еде. Тут ведь не все так просто. И даже не нужно вдаваться в вопросы этической приемлемости в современном обществе скотобоен. Линклейтер старается зацепить нечто более глубокое. Он создает мозаику из нескольких взаимно перекрещивающихся историй. В этом фильме можно встретить и молодых неравнодушных граждан, выстраивающих акции гражданского неповиновения, и находящихся на самом краю выживания бедолаг, вынужденных идти на лишения. Можно тут встретить и неравнодушного искателя правды в корпоративных теориях заговора, и циничного проводника лжи. В этом всем нагромождении видимо и должно произойти просветление, озаряющее зрителя пониманием верного пути. Впрочем, это же неимоверно круто наблюдать за модным Брюсом Уиллисом, уверенно поедающим гамбургер и поясняющим причины по которым в этом гамбургере могут содержаться экскременты. Лучшей метафоры для обличения суверенного потребительского беспредела и придумать невозможно. Впрочем, это такая же очевидная составляющая, как и лицезрение убийства несчастных животных. Нетрудно было бы и докрутить, что совершенно несложно заменить составляющие кажущихся многим вкусными продуктов на более нейтральные. Вкусовые показатели, точно не изменятся. Нетрудно и провести сравнение между пожирателями еды и теми, кто вынужден смиряться с ролью еды. Линклейтер, в сущности, все так и сделал. Но уж слишком обличительно были расставлены акценты. В подобных вопросах, неистовство хорошо для политической полемики. Для формата художественного фильма выходит некоторый перебор. То, что вполне мог себе позволить Майкл Мур в 'Фаренгейте 9-11' в данном случае не 'выстреливает'. Однако, при всех недостатках фильма, сам факт его существования позволяет с оптимизмом относиться к американскому кино. Оптимизм этот распространяется и на вопросы, затрагиваемые в фильме. Видимо, есть неравнодушные и их не так уж и мало. В конце концов, 'Нация фастфуда' - продукт сугубо внутреннего потребления, который и не должен быть понятен для жителей иных континентов. 7 из 10

Жил-был гамбургер. Нет, не так. Он был приготовлен величайшей нацией на Земле - американцами. Американцами, состав которых представлен африканцами, европейцами, азиатами и, конечно, русскими. То есть их и нет вовсе, как и гамбургер нельзя назвать полноценной едой. Да, жизнь - боль, вокруг сплошной обман. Но кому сейчас легко? Гамбургеры продаются тоннами, а по части шоу и зрелища американцы впереди планеты всей. Будто то церемония 'Оскар', шоу Джимми Киммела, Супербоул или война в Ираке. Оказывается, демократам и республиканцам впихивают не столько вредную пищу, сколько пищу дерьмовую. Ну, как дерьмовую... В котлетах обнаружили местоположение экскрементов убиваемых ради кусков мяса животных. Конечно, всеобщего скандала пока нет, поэтому на разведку отправляют мягкотелого Грега Киннера. Параллельно гамбургер втягивает в свою империю нелегкую долю мексиканцев; вечно недовольных работников забегаловки во главе с Полом Дано, которые замышляют ограбление убогого местечка; Итана Хоука с Патрицией Аркетт, заглянувших на огонек во время перерыва на съемках 'Отрочества'. Винегрет из документального и игрового кино может одурманить разве что заядлых синефилов со стажем. Я не могу назвать фильм сильным или слабым, гладко выверенным или рваным, вдохновляющим или отталкивающим. Почудилось или нет, но предстал перед глазами некий киноэксперимент от Ричарда Линклейтера. Как говорится, 'попахивает' 'Нация фастфуда' то 'Столкновением', то 'Магнолией', то всякими альманахами. И ведь бывает так. Или так не бывает.