На другой стороне

Три перемежающиеся истории о детях, стремящихся вновь увидеть покинувших их отцов. Индейский мальчик из приграничного со Штатами мексиканского поселка, его сверстник с Острова Свободы и девочка из марокканской деревушки. У каждого из них есть живой и здоровый папка, по разным причинам оставивший своего ребёнка коротать дни в одинокой разлуке, одержимого стремлением, во что бы то ни стало, вернуть себе отца. Густаво Лоза собрал альманах из цельных произведений, обладающих своим конкретным и законченным сюжетом, имеющим общую основу, но разбегающимся в разные стороны при переходе от одного рассказа – к другому. Роднит их то, что у всех детей отцы оказались по другую сторону границы: мексиканец отправился на заработки куда-то в Америку, кубинец бежал, бросив семью, во Флориду, а марокканец прижился на благодатном испанском берегу. Дети, независимо от места, душой тянутся во след своим отцам, отважно и безрассудно бросаясь в опасные авантюры, рискуя собой и своими друзьями, чтобы добраться на другую сторону, не в силах больше терпеть ждать их возможного возвращения. Любая из этих историй поразит своей открытостью и простотой искренних чувств. Детская непосредственность, живость и органичность реакций не могут не вызывать симпатий, пусть даже сюжеты самих новелл и не блещут особой новизной. Тем не менее, в них есть жизненная составляющая объективной достоверности, притягивающая внимание к неисповедимым путям, которыми идут герои этих новелл. Режиссер, скроив свою картину из нескольких полотнищ, не мельчит и не упрощает, во всех подробностях и нюансах воспроизводя свойства места и времени: живой дух не унывающей мексиканской провинции, непередаваемую атмосферу Гаваны с её старинными улочками, потертыми домами, латаными перелатаными автомобилями и волнами, захлёстывающими знаменитую набережную Малекон или ослепляющие яркостью, золотящиеся солнцем глиняные стены марокканского поселка. В работах юных актёров чувствуется национальный темперамент, характер и манера поведения, продиктованные не только свойствами личного характера, но и обобщенно отражающие уклад жизни разных народов. Конечно, не в одиночку – этнографический очерк дополняют все, кто задействован в той или иной роли. Самое трогательное впечатление производит мексиканец Адриан Алонсо, чья психика, кажется, без последствий пережила съёмки в шокирующем откровенностью Voces inocentes. Чуть более старший Хорхе Мило насквозь пропитан вольницей кубинской свободы. А в трепетном взгляде Нурии Бадих – мудрость и упорство, прямо скажем, не детское. Знатоки заметят блеск Кармен Мауры, как бы ни была скромна её короткая роль. Потому, что это сияние звезды, которая даже в мгновении живет вечностью. Это так, но, поверьте, другие выглядят ничуть не хуже, ведь для всех персонажей у режиссера нашелся свой выигрышный эпизод. Кино не сбивается, оно не только интересно, но ещё и красиво. Особенно выигрышно смотрится кубинская новелла, снятая в фотографической манере туристического атласа. Природная глубина – в мексиканском развороте, а в марокканском - световые метаморфозы солнечных лучей. Вот так – здесь есть все, что нужно, чтобы получить удовольствие от просмотра. Даю гарантию.