Целлулоидный шкаф

Обратившись к книге Вито Руссо (1948-1990) The Celluloid Closet: Homosexuality in the Movies (1981), автор которой стал одной из многочисленных жертв СПИДа, два известных американских документалиста, Роб Эпштайн и Джерри Фридмен, предприняли уникальную попытку исследовать одну из самых закрытых и деликатных тем - историю утверждения гомосексуальных отношений в кинематографе. Кино долгие годы делало вид, что не знает такой проблемы, а, стало быть, не видит повода для разговора. Авторы предложили впечатляющее по охвату и при этом достаточно скрупулезное аналитическое исследование пикантного вопроса, избежав сенсационных разоблачений и нелицеприятных оценок. Для этого им пришлось задействовать массу фрагментов как из очень известных картин, так и почти забытых. Они сопроводили их комментариями как тех, кто терпимо относится к нетрадиционной любви (а среди таковых оказались весьма известные личности - Тони Кертис, Ширли Маклейн, Вупи Голдберг, Том Хэнкс, Сьюзен Сэрэндон…), так и открытых гомосексуалистов (Джон Шлезигнер, Харви Фирштайн…), которые не только делились опытом своего участия в создании гей-образов, но и не скрывали своих сексуальных пристрастий. В результате оказалось возможным в подробностях проследить метаморфозы развития гомосексуальной темы на американском и отчасти европейском экране за первые сто лет кино. Так в 1920-х годах гомосексуализм провоцировал преимущественно смех, во всяком случае, именно в таком ключе подавалась тогда эта тема на экране. А уже в 1940-х и 1950-х годах, во многом вследствие введения цензуры (ставшей результатом деятельности небезызвестного Уилла Хейса) и нападок церкви (призывавшей относиться к однополой любви как к болезни), нетрадиционная секс-ориентация начала вызывать уже исключительно страх и сожаление. За эти годы «голубые персонажи» пережили заметную эволюцию: из хладнокровных злодеев, вампиров и фетишистов геи постепенно превратились в несчастных и окончательно отчаявшихся людей, которых с неизменным постоянством поджидал один и тот же конец. Все они должны были непременно пострадать на экране и заплатить жизнью за свой неправильный жизненный выбор. Доказывая этот тезис, авторы использовали впечатляющую монтажную фразу, смонтировав в одном куске множество страшных смертей, настигших как геев, так и лесбиянок. И только лишь в 1970-е годы гомофобию на экране начала потихоньку теснить терпимость и более лояльное отношение к представителям нетрадиционной любви. В этом смысле этапной картиной стала музыкальная комедия 'Ребята из оркестра' (1970) Уильяма Фридкина, где геи впервые были показаны не страдальцами и великомучениками, а людьми, наслаждающимися жизнью. А всего лишь пару лет спустя такая известная лента как 'Кабаре' (1972) по замечанию одного из комментаторов уже открыто воспевала однополые отношения. Однако потребовалось еще целое десятилетие, прежде чем в американском мейнстрим-кино, а именно в фильме Артура Хиллера 'Занимаясь любовью' (1982), впервые без обиняков была показана «во всей своей красе» гомосексуальная любовь. Вместе с тем, включение в данный контекст целого ряда знаменитых лент, в которых гомо-мотивы вроде бы не являются главными, или же глубоко спрятаны в подтекст (ограничиваясь в фильмах весьма пространными намеками), заставляет совершенно по-новому взглянуть на хрестоматийные произведения. И вдруг обнаруживаешь то, на что раньше не обращал никакого внимания: что убийцы в 'Веревке' Хичкока являлись сексуальными партнерами, 'Бунтовщик без причины' был латентным геем, а Бен Гур, как выясняется, питал в юности весьма недвусмысленные чувства к Месале. Поэтому не стоит удивляться, если в какой-то момент вдруг начнет казаться, будто весь классический кинематограф давно и насквозь гомоэротичен. Обнаруживая гомосексуальный подтекст в отношениях экранных героев, приверженцы однополой любви, считали это не иначе как поддержкой их тщательно скрываемой от посторонних глаз ориентации и не иначе как закодированным знаком внимания, посылаемым авторами фильмов лично им. Сегодня эти (зачастую слишком вольные) трактовки и предположения сексуального меньшинства могут расцениваться «натуралами» как своего рода комплекс, избавлению от которого многие геи посвятили жизни. И в этом смысле картина Роба Эпштайна и Джерри Фридмена может сыграть для кого-то важную реабилитационную роль. Но для синефилов куда значимей представляется киноведческий анализ, который делает 'Целлулоидный шкаф' одним из лучших неигровых фильмов среди множества юбилейных проектов, появление которых было приурочено к столетию кино.

Существует множество фильмов по истории кино. Но есть такие, которые исследуют определенную веху, творчество какой-либо персоналии или посвящены определенной теме. Фильм Эпштейна и Фридмана, посвящен теме гомоэротизма в кинематографе англоязычных стран. Действительно, довольно интересный очерк о том как показывали на экране нетрадиционные сексуальные отношения, начиная от немого фильма Эдисона и заканчивая такими хитами как «Филадельфия» и «Основной инстинкт». Одним из сорежиссеров стал Роб Эпштейн, который неоднократно в своих документальных фильмах рассказывал о гомосексуализме, будь то удостоенный премии «Оскар» - «Времена Харви Милка» или «Паргаграф 175» о геях во времена третьего рейха. Чем интересен фильм, то помимо простой нарезки кадров из фильмов в нем интервьюируются авторы (режиссеры, сценаристы, актеры, продюсеры) фильмов, в которых была тема гомоэротизма, включая Тома Хэнкса и Сьюзан Сарандон. От себя добавлю, что если в хичкоковской «Веревке» я догадывался о скрытом гомосексуальном намеке, то вот в «Ребекке», «Бен-Гуре» и «Мальтийском соколе» я и подумать о нем не мог, а он оказывается там был. Единственное, фильм содержит много спойлеров, так что если вы еще не знакомы с многими классическими произведениями американского кинематографа, то ненароком можете наткнуться на сюжетные развязки обозреваемых фильмов.