До и после

Для маститых драматических актёров сотрудничество с постановщиком Барбетом Шрёдером считалось престижным. Ведь он относился к сподвижникам направления, получившего в истории кинематографа название 'Французская новая волна', и оказавшегося настоящим эпохальным событием. С одним из главных представителей направления - Эриком Ромером - Шрёдер даже успел основать продюсерскую компанию. А после того, как картины Шрёдера типа 'Пьянь' (1987), которая рождалась при больших трудностях, например, Барбет долго не мог найти спонсирование на постановку; кстати, 'Пьянь' была в номинациях на 'Золотую пальмовую ветвь' в Каннах; и типа 'Изнанка судьбы' (1990), за режиссуру которой Шрёдер попал в окончательный список претендентов на 'Оскар', то статус и авторитет Барбета укрепился. Так что нет ничего удивительного в том, что в его новой драме 'До и после', вышедшей на экраны в 1995-ом году, дали своё согласие на съёмки рекордсменка по количеству номинаций на 'Оскар' Мерил Стрип и, вероятно, самый известный и востребованный североирландский актёр Лиам Нисон, а компанию им составил, наверное, самый завистный молодой актёр на тот момент Эдвард Фёрлонг, заполучивший роль Джона Коннора в культовом сиквеле 'Терминатора', но об этом уже все давным-давно знают. Итак, в центре сюжета 'До и после', основанного на книге Роселлен Браун (адаптатором, кстати, стал Тед Тэлли, у которого в послужном списке уже был 'Оскар' как раз в категории 'Лучший адаптированный сценарий' за работу над созданием классики психологического триллера 'Молчание ягнят'), лежит семья Райанов: супруги Кэролин и Бен (Стрип и Нисон соответственно) и их двое детей - старший сын Джэйкоб (Фёрлонг) и младшая дочь Джудит (Джулия Уэлдон). Они явные представители обеспеченного класса американцев, но однажды Кэролин и Бен узнают, что их сын, возможно, причастен к убийству... Да, разумеется, что это переломный момент в их жизни, который разделил её на 'до' и 'после'. Это острая социальная и психологическая проблема, с которой вряд ли кто-либо желает сталкиваться от своего рождения до самой смерти, но, к сожалению, такое случается с печальной регулярностью. Шрёдер и Тэлли затрагивают сложную тему, достойную дебатов и полемики, горячих споров и долговременного анализа. Так что мы все, как зрители, были вправе ожидать глубокой драмы от ленты 'До и после'. Но почему-то со всем своим талантом Шрёдер как-то то ли поверхностно отнёсся к поставленной задаче, разыграв какую-то натужную трагедию, где эмоциональные всплески порой были необоснованными и явно выпадали из логического хода действия. Достаточно даже сложно представить, что совершенно разные люди - герои Стрип и Нисона - столь долгое время жили в счастливом браке. У них разные взгляды на жизнь, не видно, чтобы они могли поддерживать друг друга, они словно существуют сами по себе, раз за разом попадая в скандальные ситуации. А редкие моменты просветления сложно принять как историю про добрых семьянинов, готовых протянуть друг другу руку помощи. Пожалуй, что разделю мнение некоторых отдельных зрителей, которые были поражены игрой Мерил Стрип. И при этом, это не лестное замечание, а как раз наоборот - её героиня несёт какую-то сумятицу, постоянно пытается что-то сделать, но очевидно же, что все её поступки могут привести к ещё большим плачевным последствиям. А вот героя Нисона можно ещё понять, в особенности вначале, когда в состоянии аффекта он начинает совершать поступки, которыми другой бы человек задался вопросом об их правильности. Но, опять же, списать это можно на эмоциональный надрыв и психологическую яму, в которую попадает Бен как отец. Эдвард Фёрлонг уже доказывал, что он неплохой актёр драматического жанра, и в картине 'До и после' он неплохо это подтвердил. И если бы не выпивка вкупе с наркотиками, этот, как он сам заявляет на половину русский американец, мог бы стать заметным актёром, но слава и деньги явно подвели Фёрлонга. И хочется отметить сильную игру Альфреда Молины, воплотившего образ адвоката, готового играть по жестоким правилам и залазать под кожу. Пожалуй, что Молина сыграл в 'До и после' самую выразительную роль по сравнению с другими персоналиями. Конечно, данная картина не относится к каким-то провальным, но с такими именами в титрах мы могли рассчитывать на нечто большее, с такой сюжетной тематикой фильм мог бы претендовать на многочисленные награды, но с самого начала что-то не задалось. И, пожалуй, вина здесь лежит целиком и полностью на Бербете Шрёдере, режиссёре картины, который поставил её как видел, но с такой душераздирающей трагической ситуацией он обошёлся как-то посредственно и неубедительно. Поэтому лишь: 6 из 10

Кэролайн – врач, лечащий детей. Бен – скульптор, ваяющий причудливые металлоконструкции. У них милая дочь Джудит и прекрасный 16-летний сын Джейкоб, умница и отличник. Но в один ужасный вечер в дом Райанов приходит шериф и заявляет, что Джейкоб зверски убил девушку… «До и после» - классическая голливудская драма со стройной драматургией, прилежными актерскими работами и высокой моралью, которая одновременно и плюс и минус фильма. Ведь вопрос зрительского интереса и финального катарсиса не в том, насколько «правильно» с высокодуховной точки зрения закончится картина, а в том, насколько герои остаются верными своим убеждениям и той цели, к которой идут на протяжении всего повествования. По-настоящему привлекательный персонаж для зрителя – это сильная личность, которая может низко пасть и даже не раз, но всё равно расправит крылья и будет бороться до конца. И если даже потерпит крах в финале, то помрет физически или морально за свою заветную мечту, искреннюю страсть, субъективную правду. А если герой вдруг прогибается под гнетом обстоятельств, ломается, отступает, то публика хочет понять причины собственного предательства персонажа, его вынужденной слабины, и можно ли оправдать его за это и не перестать уважать. И посему герой в итоге либо восхищает, либо разочаровывает, что во многом определяет и степень полученного удовольствия от фильма в целом. В картине Барбета Шрёдера исследуется актуальная и непростая дилемма: правильно ли отдавать члена семьи на растерзание правосудию за совершенное преступление, или же нужно его защищать до конца, даже если вина неоспорима, просто потому что он родная плоть и кровь? В начале истории реакция родителей на сообщение, что их сын (возможно) жестокий убийца, неоднозначна. Мать (Мэрил Стрип) принципиально не верит, что ее мальчик мог сотворить такое и считает, что он тоже жертва, как и погибшая девушка. Отец (Лиам Нисон) за сына горой вдвойне, и даже быстро убедившись по найденным уликам, что Джейкоб «всё-таки что-то совершил», готов яростно защищать его от полиции, даже лично преступая закон. Оба родителя, пусть и по-разному трактуя ситуацию, хотят спасти чадо от тюрьмы, ибо даже если он и виновен, то «это досадный несчастный случай, а девушку все равно уже не вернешь». Да, мать по убеждениям ближе к букве закона, отец – куда дальше, и ситуация противоречива для зрителя (у каждого преступника есть сопереживающие близкие, и что же теперь никого в тюрьму не сажать?), но вызывает уважение принятое решение – защищать сына не смотря ни на что! Да, пусть мы плохие, пусть наш ребенок убил, но мы не дадим ему гнить за решеткой, даже если придется укрывать его и уничтожать улики! А режиссер усиливает веру публики в спорной правоте семьи Райан, показывая, что же случилось с девушкой на самом деле, из чего следует, что Джейкоб не так уж и виноват, чтоб закрывать его на много лет. И кажется, что «До и после» - это история спасения грешника от социальных законов во имя некой высшей справедливости в последней инстанции, когда почти случайная смерть девушки не требует того, чтобы необратимо поломать судьбу невольному душегубу в нежном возрасте. Но во второй половине фильма убеждения героев стремительно буксуют и дают задний ход. С одной стороны добавляется еще одна мрачная проблема, когда сам Джейкоб борется с совестью и не может четко понять, должен ли он избежать наказания или всё же должен его понести? Но он несовершеннолетний, и по сути в данной ситуации родители решают – как правильно, учитывая мнение сына (а точнее даже не мнение, а хаотичные душевные муки), но самостоятельно определяя, что надо делать во благо ребенка. И первой отступает мать, вдруг уверовав, что «суд все поймет», а потом и отец, не желая перечить воле сына ради сохранения близкородственных отношений. Подобный сюжетный поворот понятен ради желания свести всё к упомянутой в начале рецензии «высокой морали», но для героев Стрип и Нисона это стыдливый шаг назад в борьбе, фактически жалкая капитуляция, добровольная сдача оружия перед Фемидой. И постскриптумом их «слабого» решения становятся слова адвоката после оглашения приговора: «Вы по-прежнему считаете, что поступили правильно?» Поэтому «До и после» - кино, снятое так, чтобы нравиться, этакое правильное-правильное, о том, как должно быть в идеале с позиции правосудия. Вот только станет ли наш ребенок лучше, после того, как расплатится арестантской робой за ошибку, а не за умышленное зло? И станем ли счастливее опосля своего праведного поступка мы, родители, поставив сына в угол тюремной камеры? 7 из 10