Соседка

Фильм Франсуа Трюффо держится на актёрском дуэте - убийственно красивой Фанни Ардан (муза режиссера) и Жерара Депардье (будущий гражданин России всё ещё в своем мачистском прайме и похож на халк-версию футболиста Месси). Он -инженер, любящий муж и отец. Она - детская сказочница, жена флегматичного авиадиспетчера. Они встречаются восемь лет спустя после расставания. Расставания, давшегося слезами и болью. Их сводит вновь случайное и неотвратимое соседство. И встретятся они, чтобы уже не расстаться. Происходящее на экране быстро превращается в одну из её сказок, только вот сказку совсем не детскую, мрачную и без счастливого конца. Фильм Трюффо о любви как наваждении, как о болезненной самозависимости. Когда и вместе нельзя, и порознь невозможно. Герой Депардье избегает героиню Фанни Ардан, как завязавший алкоголик обходит стороной окрестные бары. Но закончится всё неизбежным срывом и захватывающим полёт в бездну. Герой говорит, что 'всякая любовь как пьеса, в ней есть своё начало, кульминация и финал'. Восемь лет назад пьесу прервали, и финал придётся дописывать заново. Финал пьесы, в которой домашнее гнездо без раздумий меняют на гостиничный номер, превращающийся в поле битвы. Если любовь - это химия, то в 'Соседке' это нитроглицерин. Достаточно небольшой искры, чтобы всё взлетело на воздух. Случайная встреча спустя восемь лет вернёт всё болезненное исходное положение. Вместо семейного счастья игра на оголенных нервах, срыв и депрессия. Героиня Ардан пытается спастись глупыми песенками 'ты бросил меня, и вот я умираю'. Не поможет. Тогда она возьмёт всё в свои руки и допишет единственно возможный финал сама. В её сказках живут долго и счастливо, в жизни умирают в один день. В конце будут стоять две точки.

Любовной одержимости посвящено много отличных кинокартин, часто шедевров, но в связи с «Соседкой» мне лично вспоминается «Империя чувств» Осимы: их объединяет демонстрация иррациональности взаимного влечения между мужчиной и женщиной, заглушающей малейшие доводы разума и здравого смысла, человеческой беззащитности перед зовом пола и той же закономерной роковой развязки. Трюффо снимает свой фильм максимально классицистски, даже академически, то есть без нарочитых формальных ухищрений или шокирующих деталей, отличающих фильм того же Осимы. Это все же западное кино, а не восточный экстрим, любовное безумие овладевает героями постепенно и чрезвычайно важно для понимания замысла «Соседки», что это страсть, вернувшаяся спустя годы, как возмездие и болезнь. Лично на мой вкус, «Нежная кожа» даже драматичнее, хотя рассказанная в ней история куда как банальнее. Депардье и Ардан создают в «Соседке» запоминающийся дуэт, их сходящим с ума от любовной одержимости персонажам веришь, хотя между ними постоянно происходит некая чувственная рокировка: сначала один сохраняет самообладание, а другой сходит с ума, потом наоборот, и снова сначала. Это говорит о том, что перед нами – история любви как фатума, лишающего людей свободы. Зов пола порой так силен в человеке, что подчиняет себе все остальные стороны его личности, иногда это выглядит смешно и нелепо, как в «Мужчине, который любил женщин» или дуанелевском цикле, иногда трагично и необратимо. «Соседка» именно из фильмов последнего ряда: все здесь вроде бы уже знакомо по другим шедеврам мирового кино, вроде бы ничего нового, но, быть может, самоотверженная актерская игра (Ардан и Депардье здесь не просто солируют, других актеров вообще не замечаешь, столь они бесцветны, и, думается, это осознанный режиссерский ход) является причиной какой-то обжигающей новизны сюжета и безоговорочного доверия ему. Быть может, элементами, усиливающими зрительские впечатления, является как всегда чарующая музыка Дельрю, богато оркестрованная и виртуозно аранжированная, или просто постановочный и монтажный профессионализм Трюффо. Быть может, все вместе. Другими словами, «Соседка» оставляет после себя довольно тяжелое в эмоциональном плане послевкусие (один мой знакомый синефил признавался, что это был первый фильм Трюффо, который он посмотрел, будучи подростком, и оттого запомнил на всю жизнь). Те, кто обвиняют Трюффо, что он – якобы женский режиссер, видимо, плохо знают жизнь: если они думают, что кино должно заниматься «мужскими делами» (политикой или переделкой мира, например), а эмоции – чисто женское дело, конечно, никогда, не прочувствуют всей витальной мудрости картин этого режиссера. Однако, с возрастом (будем помнить, что герои той же «Соседки» - тоже люди зрелые, возрастные), зритель становится менее восприимчив к формалистской мишуре в кино, относясь к ней, как к разновидности пижонства. Что же касается разнообразных жизненных коллизий, то именно у Трюффо, мне представляется, они выглядят наиболее правдоподобно и, что важно, показаны без пощады к зрителю. «Нежная кожа», «История Адель Г.», «Соседка» - если угодно триптих Трюффо о любовном безумии и его деструктивной роли в человеческой судьбе. Жизнь, проживаемая и отдаваемая без остатка другой личности, по мнению режиссера, уничтожает человека, оставляя один на один с его маниями. Женщины болеют этим чаще, именно поэтому они, а не мужчины, ставят в этих трех историях точку, роковую для себя и для других. Трюффо как-то признавался, что в любви всегда права женщина. Мне представляется, что он имел в виду именно некую правоту чувства, его безоглядность и самоотверженность. Мне жаль тех зрителей-мужчин, которые никогда не сталкивались в жизни с чувствами такой глубины, потому они, наверное, и не осознают, что именно в этом в принципе и состоит одна из главных причин экзистенциальной драматичности человеческого удела.