Меня зовут Джулия Росс

Данное кино 1945-го года является одним из самых известных творений непризнанного, а ныне и забытого, гения Джозефа Х. Льюиса в довольно редком, на фоне общего количества картин, для него жанре 'фильма-нуар'. Притом сказать, что это кино как стилистически, так и особенностями сюжета относится к данному жанру, берущему своё начало во Франции, нельзя. Зритель наблюдает картину с некоторыми оттенками нуара, которые заметны в построении сцены, построении кадра и света в нем. Но эти моменты редки. Куда больше картина полнится насыщением готического триллера, развитие сюжета в котором зиждется на присущему такому гению кинематографа как Альфред Хичкок медленно возрастающем саспенсе. Фильм сильно напоминает по своему настрою 'Ночь охотника' режиссера Чарльза Лотона, который, возможно, и вдохновлялся атмосферой этого фильма да типажом антагониста ленты 'Он бродил по ночам' пред тем, как в 55-ом снять свой знаменитое кино. Об атмосфера и различии героев я упомянул не просто так: Джулия Росс (Нина Фош) - главное действующее лицо этой ленты, которая формирует к себе со стороны зрителя довольно двойственное отношение. Дело в том, что, с одной стороны, она - это сильный женский персонаж, не обделённый определенным рвением и хитростью, да способный, не теряя самообладания, логически и оригинально мыслить в ситуациях разной степени патовости. Но с другой стороны - типичная 'дама в беде', в сонате вызволения которой последний, решающий аккорд достаётся мужчине. Это немного обидно, ибо видно, что, дай постановщик и сценарист, в тандеме с автором оригинального романа, в данной экранизации Джулии чуть больше свободы и смелости, она бы со всем окончательно сумела справиться сама: все предпосылки на это имеются, притом однозначные - это и эпизод с двойной ракитовой письма, эпизод со скалами и халатом в конце. Притом авторы киноленты выбрали правильный путь развития героини: чем дальше развивается история, тем более ухищренной и гибкой в плане построения плана собственного вызволения из сложившейся ситуации становится мисс Росс. То есть сценарию просто не хватило времени в хронометраже, какого дополнительного эпизода, дабы довести череду попыток и форсирований между неприятелями да неприятностями до самостоятельной логической кульминации без прибегания к слабо описанным персонажам, которые, мол, в априори сильнее - таковым 'роялям в кустах', о которых до сего момента было нечто сказано, но конструктивного и толкового - почти ничего. Это немного портит впечатление от персоналий картины: они довольно карикатурны и виднеется подобная неестественность даже на вторых планах, что лишь усугубляет окончательное восприятие. Однако это не делает картину плохой по всем фронтам, так сказать. Видно, что образ режиссуры, суть истории и её завершение - все в тандеме даёт довольно простую и не шибко замысловатую киноленту, которая не претендует на что-то большее, чем на рассказ именно такой довольно примечательной, выверенной в плане повествования, истории с простыми героями и обыкновенными, но явными, понятными мотивациями. Поклонникам жанра нуар эту картину предлагать безапелляционно не стоит: это - триллер в мрачных, готических тонах, не доведённых до высокохудожественного либо низкосортного гротеска, почему ощущается лента 'Меня зовут Джулия Росс' как нечто реальное и возможное. А вот способна ли случиться такая вещь взаправду - это пусть редкий зритель после просмотра решит для себя сам. P.S. Спасибо за внимание.

Начну с признания. Видимо, я не очень люблю кинематограф. Совсем о нем не думаю. Ну иногда. В последнее время наши встречи приобрели окрас фригидной обязанности, потеснив бессонные страстные ночи, полные жадных укусов в покрытую соленым потом упругую плоть. Я забыла, что кино может быть плотным и мясистым, что ему под силу совершать эти магические кувырки – из яркого сознания автора в живую и крепкую плоть, а затем исполнить обратный кувырок – тем самым превращаясь в мечту уже в моем собственном сознании, вспыхивая в нем кадрами то тут (сидя на пассажирском сидении автомобиля), то там (доводя чьи-то стены до шпаклевочного оргазма). Энциклопедистам стоит пересмотреть свои списки и добавить в раздел «женской готики» «Джулию Росс». В ней все сжато и подогнано под законы жанра. Фии! присвистнут снобы от кинематографа, как это пошло – законы жанра… Пожуйте морковку, мои милые бурые кролики. Когда пресытишься кинематографом до тошноты, такой глубокой и аморфной, что никак не вынуть ее наружу, чтобы очиститься, дав воображению надежду на новые эксперименты, бедному воображению только и остается, что черпать самое себя в истоках жанра. В «Джулии Росс» Джозефа Льюиса можно назвать нежным создателем, трепетно сдувающим пылинки обыденности с лоскутного шедевра. Никаких отступлений, фальстартов, переигровок, заигрываний со зрителем и голов в створ ворот. В «Джулии Росс» руки – это руки, лестница – это смерть, мать – это безумие, черный кот – замурованные в стенах подземные ходы, а будущий муж – это спаситель. Из этого стройного ряда жанровых установок выбивается лишь пистолет, несущий единственную смерть, выбивается как хулиганская фига дрейфующего на океанских просторах кинематографа заядлого маргинала. И боже, как это приятно, как это согревает мое сердце – способность разглядеть эту мальчишескую позу. Да. И вот мы сроднились. Как будто в толпе отыскали друг друга две пары глаз и заглянули друг в друга до безмолвных судорог. Заглянули и запомнили. Теперь ты мой. И после таких встреч не страшны сладкие финалы, в которых сглаженные черты Марлен Дитрих в лице Нины Фош не дрогнут перед необходимостью нового замужества. Потому что в кинематографе Льюиса эти странные существа накрепко связаны – такие плотские. Живые. 10 из 10