Когда-то были воинами

Это первый фильм, снятый новозеландским режиссером Ли Тамахори. Сейчас о нём уже ничего не слышно, но было время, когда он был хорошим ремесленником, однако карьера в Голливуде не пошла в гору. Не все его ленты можно назвать откровенно плохими, но для многих он остался в памяти тем, что едва не вогнал в могилу франшизу про известного британского агента. Пришло время вспомнить, с чего начинался путь восхождения этого режиссёра на свои высоты. Знакомство с этой лентой долго не мог осуществить, а потому рад это сделать и готов поделиться с вами впечатлениями от увиденного и некоторыми соображениями относительно данной ленты. Готовьте прохладительные напитки, мы начинаем наш обзор. Повествовательный критерий или нарратив. Перед нами разворачивается драма одной семьи, живущей в обычном городе с самыми обычными людьми. И вроде живут как обычные добропорядочные американцы, но во время знакомства всё время ловишь себя на ощущении, что что-то здесь не так. С первых кадров лента заставляет почувствовать себя обманутым, поскольку вся жизнь и есть этот самый обман. Красивый кадр с плакатом, подозрительно похожим на рекламный щит, настраивает на определенный лад. Дальнейшие кадры способны поразить до глубины души, если вы подались на провокацию вступительного эпизода. Вся лента полна первобытной жестокости. Кого-то этот момент может даже отвратить, но третий акт окупит всё с лихвой. Эта лента о близости к своей первородной сущности, ведь все мы когда-то в прошлой жизни были лучшей версией самих себя, и в мире полном гнилости и порока важно найти чувство душевного равновесия, ибо оно составляет нравственный стержень человека. Главная героиня - сильная женщина, сумевшая вытянуть на себе всех детей и пережить страшнейшую для родителей потерю. Лента эмоционально тяжёлая, поэтому путешествие предстоит не из лёгких. Визуальный критерий или техническое сопровождение ленты. Режиссура близка к документальной, моментами создаётся ощущение, что смотришь хронику из жизни в гетто. При этом сложно выделить какие-то особые стилистические приёмы в дебютных работах. Если только умение оперировать маленькими бюджетами, поскольку скупой минимализм только подчеркивает важность рассказываемой истории, никак не отвлекая на себя зрительское внимание. Отмечу лишь, что немного жутко выглядит обзорный кадр с висящим на качельке телом. В связи с вышесказанным, работу оператора Стюарта Драйбёрга считаю успешной. Музыкальное оформление картины весьма скупое, звуки есть и при этом они хорошо работают на атмосферу ленты, гнетущую и депрессивную в основном, но меняющую немного интонацию в фильме в лучшую сторону. Композиторам, а их здесь больше одного, удалось написать темы, идеально ложащиеся в создаваемую атмосферу и передать нужное настроение в той или иной сцене. Решение о добавлении местных звуков в музыкальную коллекцию оставляю за зрителем. Актерская игра достойна положительного слова. Рина Оуэн и Темуэра Мориссон составили отличную экранную пару. Между ними настоящая химия. Ведь мужицкий мужик и женщина, терпящая мужицкость своего мужчины, уставшая от его перепадов и однообразного образа жизни, вытекающего в нравственное падение сыграны ими по-настоящему, настолько натурально, насколько это вообще можно позволить. После трагедии женщина нашла в себе силы объединить свою семью вокруг себя и жить дальше. Идея преодоления абъюзивных отношений может быть выкручена даже в сторону актуальной современной повестки. Клифф Кёртис играет не самого приятного персонажа. Но здесь он молод и сложно узнаваем, если вы открыли его для себя не раньше четвёртого Крепкого орешка. Здесь тот случай, когда актёрскую работу лучше увидеть самим, ни одно положительно сказанное слово не передаст всех оттенков ощущений, полученных непосредственно во время знакомства. В качестве вывода. Сложный для восприятия фильм носит в себе сильную идею о том, что мы должны оставаться людьми в обстоятельствах, толкающих к оскотиниванию. Посыл ленты непростой, но важный. Это фильм о родном племени режиссёра. О том, как в погоне за сиюминутными благами цивилизации теряется внутренняя идентификация, своим среди чужих трудно узнать своих. Но фильм глубже, того что видит наш глаз. Советую к знакомству, сложно, но нужно. Всем здоровья, мира и приятного просмотра.

Ужасы бытового насилия, показанные в дебютном фильме режиссёра из Новой Зеландии, вполне могут шокировать неискушенную публику. Тамахори не пожалел ядовитых красок, описывая наследников маори, которые приспособились к существованию в современном мегаполисе. Адаптация Бет и Джека растянулась на долгих 18 лет: столько живёт в городе эта супружеская пара, воспитывающая пятерых детей. Правда занимается ими только жена, муж просиживает штаны в местном кабаке, из которого систематически приводит домой шумную компанию. Финалом кутежа, как правило, становится очередная семейная разборка. Главное оскорбление для Джека, все проблемы в жизни решающего при помощи кулаков, это - услышать из уст жены уничижающее слово «абориген». За него здоровенный детина не просто бьёт супругу, а превращает её личико в абстрактную живопись. Нарисовать такую картинку ему не составляет труда: по части рукоприкладства он вне конкуренции среди местной братвы. Но терпимости Бет приходит конец в ту страшную ночь, когда 13-летняя дочь накладывает на себя руки… Тамахори дезориентирует уже самым первым кадром: кино начинается живописнейшим пейзажем райского уголка Новой Зеландии, который оказывается всего лишь рекламным щитом, украшающим собой задворки цивилизации. Именно здесь, в небогатых лачугах пригорода проживают выходцы из племени маори. Их гетто напоминает Гарлем - в таком районе обитает диаспора коренных жителей самого большого острова южного полушария. Белые сюда не заглядывают, ну разве что полиция или социальные работники, чтобы вручить проштрафившемуся очередную повестку в суд. Так и не ставшие полноценными городскими жителями, некоторые маори ещё пытаются найти спасение от урбанистического кошмара в воссоздании утраченных связей с духами предков. Но максимум, на что они способны, это - кратковременное единение в коллективном экстазе ритуального танца. Все племенные традиции, по большей части, превратились в выхолощенную экзотику. И как бы густо маори не покрывали тела татуировками, те уже не могут служить духовной опорой и защитой, способной уберечь от продолжающей наседать враждебной цивилизации. Фильм не утверждает напрямую, однако недвусмысленно намекает на то, что социальная деградация аборигенов произошла из-за их паразитирующего образа жизни. После того, как белые люди посадили коренное население на иглу денежного пособия, у того исчезла необходимость сражаться за свою жизнь. Государственной дотации стало вполне хватать не только на хлеб насущный, но и для того чтобы потихоньку спиваться или беззаботно потягивать косячки. 1994-й год оказался переломным для новозеландского кино: наряду с «Небесными созданиями» Питера Джексона Once Were The Warriors также стал фаворитом международных фестивалей. Взрывная энергия и неподдельный драматический накал выгодно выделяют эту картину на общем фоне и без того весьма экзотичного островного кино. Не случайно, Тамахори тут же переманили в Голливуд, и всего лишь через год он дебютировал там со «Скалой Малхолланд». Однако его судьба является наиболее показательным и трагичным примером ассимиляции на Фабрике Грёз. Годы службы «зелёному дьяволу» привели к тому, что самобытнейший постановщик стал снимать всё хуже и хуже, превратившись в рядового лудильщика, которым обычно сбрасывают всякий неликвид и хиреющие проекты (типа Бондианы). А его опус XXX: State of the Union иначе как творческой агонией не назовешь. Но в Once Were Warriors впечатляет не только работа режиссёра, но и актёров. Особенно Рины Оуэн (судя по внешним данным, в ней преобладает кровь коренного населения), которая начала сниматься только в 32 года. Несмотря на то, что Бет стала всего лишь второй её героиней, Оуэн получила награды за лучшую женскую роль сразу на нескольких престижных фестивалях. Триумф открыл ей дорогу в «большое кино». С тех пор Оуэн тоже активно калымит в Голливуде, и в её послужном списке есть даже роль в «Звездных войнах». Кстати, там же у Лукаса подрабатывал и Темуэра Моррисон (Джек), ещё быстрее перебравшийся на северный материк и навострившийся зарабатывать длинный бакс в штатовских блокбастерах. Фактурная внешность качка, бьющая через край энергия и умение демонически пучить глаза оказались весьма востребованы на родине дяди Сэма. Так что богатство USA прирастает не только Питером Джексоном.