Был отец

Шедевр великого Ясудзиро Одзу 'Был отец' – это бессмертная метафора отношений сына и отца, и потери сыном отца, и вечного бега сына за отцом, в котором участвовал и я, в котором участвует и мой сын... Эта вечная недостижимость родителей, это вечное ускользание родителей от нас. И бегство отца от сына. Как это знакомо, как это про меня. Когда отец (и мой, и я сам, да и как будто и сама жизнь) держит дистанцию, не хочет и не может сблизиться с ребенком, так и не обретая с ним счастливую взаимосвязь, хоть сколько бы здоровые полноценные отношения. И это фатально, и это обыкновенно. Когда отец как будто не хочет сближения. И для сына неделя с ним становится счастливейшим временем жизни. Конечно же, Одзу прекрасно выводит и такой советский, такой двадцатовековский типаж Правильного Человека, мужчину свершений, героическую личность, посвящающую всего себя делу и работе, типаж, который, как пишут сегодня социологи, совсем себя исчерпал и устарел. Люди не хотят посвящать себя только делу и только работе, они хотят посвящать свою жизнь себе. Но почему мне кажется, что эта стена и страх сближения между родителями и детьми будут вечными? Как будто магниты отталкиваются спинами. Простой, бесхитростный, статичный, повествовательный, как будто антиизобразительный великий режиссер Одзу говорит об этом просто и прямо – да, эта недостижимость будет вечной, хотя она и такая высокая и светлая, а связь отца и сына священна. Возможно, священная она из-за этой дистанции. Которую невозможно преодолеть. В 1942 году, в разгар бойни, когда мир совсем озверел и во второй раз за полвека столкнулся громадами второй мировой войны, Одзу расплетал тончайшие нити глубинных человеческих взаимоотношений, фиксируя их и выливая в хрустальные формы своих 'простых' историй, да так, что сегодня, в век 'снежинок' и заостренного внимания к межличностной экологии отношений он смотрится сверхсовременно, не говоря уже от том, что Одзу безусловный киноотец столь модного сегодня азиатского минимализма.

Это гениальное в своей простоте творение, полностью пронизано каким то светом и добром, которые, по всей видимости дарят моменты встреч отца с сыном, и те самые теплые и трепетные надежды сына на «воссоединение» со своим родителем, томительные в своей, казалось бы неизбежности, но с самого начала было ясно, в чем «трагедия» этой истории. Как я люблю такие случайные срезы жизни обыкновенного человека, во всей ее простоте и одновременной драме! Фильм до самого конца минималистичен, в духе японского быта, чувствуется заботливая рука режиссера. Здесь нет той характерной и знакомой каждому из нас проблемы «отцов и детей», все выглядит в полной мере гармонично и, даже может быть… романтично. «Был отец» — это памятник заботливому отцу и верному сыну эпохи социализма, пережившим тот самый военный социализм. 9 из 10