Нада

Если не вдаваться в сюжетную линию, игру актеров и прочее словоблудие для эстетов-приспособленцев, то фильм видится скорее политическим манифестом. Воззванием. Nada — 'ничто' по-испански, так называют свою организацию герои одноименного романа Ж.-П. Машета, этот роман, в некотором роде, европейский вариант 'Дневников Тернера' североамериканских национал-революционеров. 70-е пора отхлынувших бунтов, пора мирного жужжания и грязелечебниц для подрастающего поколения дряблых сфинктеров. Откуда бы взяться этим коблушникам, одержимым одной лишь мыслью - похищением посла Соединенных смрадов? Временные дыры? Слабоумная ретроспектива? Исторические проекции? Шобла свалилась на бошки големов, как метеорит из куска свинины в плов, дремлющему иноверцу, где нимфоман из американского МИДа, блеющий только одно - помилуйте, помилуйте - всего лишь звездочка аниса. Поколение кровожадных нациков породила еще более изощренных пропагандистов, когда идеологическое отступает на второй план. Искусство ради искусства. Такое безумие в наше время — удел исключительных, сверхъестественных личностей и негодяев. И поэтому 'Добрая гражданская война лучше паршивого мира' в битве за честь... и смерть. Таки особенно ценный фильм в воспитательном отношении. 8 из 10

О красном терроре в странах развитой буржуазной демократии снимали многие блестящие авторы. Фассбиндер в 'Третьем поколении' и Марко Беллокио в 'Здравствуй, ночь'. Шлендорф в 'Легендах Риты' и переоцененный классик киноавангарда переросшего в 'золотой фонд' кинокультуры Годар в фильмах, которые мы устанем перечислять. Коснулся этой темы и замечательнейший автор французской новой волны Клод Шаброль. Сразу стоит заметить - это далеко не лучший его киноопыт. Те же 'Церемония', 'Ад' и 'Подруга невесты' отличаются как большей художественной достоверностью, так и более острой драматургией. 'Кровавая свадьба' же заметно ироничнее в отношении 'столпов' французского социума, которые так или иначе затрагиваются и в рассматриваемом нами кинополотне. Шаброль не оправдал ожидания по части мрачного юмора и социально-психологической глубины. Итак, что же мы видим в этом фильме? Группу леваков, чья мотивация рассматривается походя, вскользь (лишь один герой прошлого подробно говорит о своей разочарованности в революционной борьбе, что парадоксально и толкает его на безумную акцию), руководителей государства и силовых структур, которые, вполне ожидаемо, рисуются носителями цинизма и насилия, местами бодрый экшн, и неубедительную, ходульную фабулу, в соответствии с которой, террорист сбегает из смертельного, полицейского 'котла'. Есть и совершенно надуманная развязка. Понятно, что Шаброль ставит во главу угла вовсе не это. Не сюжетную достоверность, а социально-политические смыслы, заложенные в достаточно условные и схематичные сцены: захват левыми в заложники американского посла в доме терпимости, нарочито отрицательные госсановники открыто обсуждающие противоправные замыслы (хотя если мерить аршином Норд-Оста и Беслана, намерение уничтожить заложников со стороны силовиков вовсе не выглядит неубедительным). Однако, неглубокими оказываются и эти смыслы. Не дотягивают и главные герои до приснопамятных бесов. Одномерные персонажи, плоский сюжет, удивляющие своей глупостью сюжетные ходы. Нет ни бурлеска третьего поколения, ни осмысленности, прости господи, троцкистов из совкового агитпропа 'Великий гражданин'. Увы, неожиданно посредственный фильм выдающегося режиссера. 5 из 10