Отсроченный платёж

В реальности вряд ли могло произойти нечто подобное. Но кино всё же даёт нам стать свидетелями такого невероятного события. Тем более, что к этому располагает звучащий в самом начале снятого режиссёром Лотаром Мендесом по пьесе Джеффри Делла фильма диалог двух персонажей. Один из них, Чарли Хэммонд (Билли Биван) показывает потенциальному покупателю (Хэлливел Хоббс) опустевший дом главного героя, которого он, Хэммонд, считает убийцей жены. Второй же как раз и предполагает, что, «умей стены говорить, то они бы рассказали совсем другую историю». С этой гипотетически «иной» версией произошедшего зрителям и предстоит познакомиться в течение полутора часов. И отвлечься от просмотра вряд ли удастся. Ведь действие напряженно до предела. Хотя его завязка кажется вполне, заключающаяся в том, что рядовой банковский клерк Уильям Марбл (Чарльз Лоутон), на чьём попечении находятся супруга Энни (Дороти Петерсон) и дочь Винни (Морин О Салливан), погряз в долгах и лихорадочно старается выпутаться из создавшегося положения. А оно почти безнадёжно. И перспектива переезда в приют для Марбла и его семьи уже более чем реальна. Поэтому в душе Марбла поселяется невероятный, какой-то «утробный» страх, в итоге превращающий его в преступника в самом прямом смысле данного слова. Примечательно то, что криминальная сторона сюжета естественно сочетается с его мелодраматической составляющей, которая, прежде всего, связана с органично воплощённой Дороти Петерсон линией Энни, бесконечно любящей своего мужа, поддерживающей его в любых ситуациях. Но в центре экранного повествования, конечно, оказывается Уильям Марбл, который в продуманной до мелочей трактовке Чарльза Лоутона (впервые сыгравшего эту роль на театральных подмостках) предстаёт сложным (а у большого артиста Лоутона, как правило, иначе не бывает) существом. В результате по отношению к нему испытываешь разные, подчас полярные эмоции — от отвращения до сочувствия и даже понимания. И дело не только в том, что его Марбл осознаёт свою вину, воспринимая наказание, как «отсроченный платёж» за совершенные грехи. Просто всё могло сложиться менее трагично. Если бы племянник Марбла, Джеймс Медланд (Рей Милланд) согласился одолжить ему сто фунтов, проявив участие в судьбе дяди.. Если бы нищеты Марбл боялся меньше, чем перехода черты дозволенного человеку… Если бы… Если бы… Но, как известно, ко всем происходящим в жизни событиям сослагательное наклонение не применимо. Увы.