Революция в России

В сюжетной инсценировке показана криминальная демократизация российского инженерного флота в период технических испытаний военно-промышленного судостроения и формирования оружейно-крепостных баз на оккупированной 'проигранной' территории под фиктивной международной юрисдикцией. Демонстрируется анархистский менталитет состава боцманских команд, набранных из требующих гражданских прав и свобод у монархической власти казачье-цыганских общин. Из которых вербовали «большевиков-гайдамаков» для «освобождения» земель с европейско-славянскими жителями под видом усмирения этно-религиозных волнений. Окруженные казармами и береговыми станциями порты и города находились под орудийным контролем турецко-китайской артиллерии. Готовой уничтожить дома жителей и всю инфраструктуру в случае отказа выполнять 'мирные' договоры с восточными монополистами. В эпизоде опознания тела убитого бунтовщика и вожака его соплеменниками выражена колониальная практика героизации жертв и участников диверсионных операций и боевых учений в тюремных условиях тренировочной муштры, скудного рациона и конкурентных провокаций за управление водным транспортом и сырьевыми пунктами. В сценах выбрасывания за борт отравленных или расстрелянных людей, разоблачаются методы борьбы за выживание между возникшими и устаревшими классами и отраслями. В кадрах «стихийной» расправы на палубе разоблачаются агитационные действия по вовлечению простых «интернациональных» матросов в преступную драку с нарушением адмиралтейского закона с целью заставить их под страхом ареста и казни за устроенное пьяное «восстание» присягнуть комитетскому фашистскому трибуналу с марионеточным дворянским правительством. В образе дерзкого лидера, выдвигающего ультиматум по смене курса или капитана, не устраивающего братву, показан лихой «контрреволюционер», зарабатывающий авторитет в забастовочном коллективе путем демонстрации открытого презрения к вышестоящему чину и классовому «врагу». Который, в свою очередь, выказывает не менее грубую уставную решимость в наведении порядка, дав повод самосудным бандитским выстрелом к немедленному захвату линкора и низложению дискредитированного офицерского командования. Оставленный в качестве заложника судовой врач или мичман, выступающий от имени малограмотных повстанцев и взявший на себя роль организатора культовой церемонии - это пленный исполнитель «воли поданных» или представитель милитаристского капитала, возведённый в ранг верховного управляющего державного танкера из-за отсутствия других значимых кандидатур.