Лунная соната

Человек 'голосует' на обочине. Останавливается машина. Человек заглядывает внутрь: -Скажите, далеко ли до Хельсинки? - Нет, не далеко. - А можно я с вами поеду? - Садись. Садится, задремывает, просыпается. - А теперь, далеко ли до Хельсинки? - Да, теперь далеко. (анекдот) Известная модель приезжает в глухую провинцию дабы отдохнуть от суетных будней, толп поклонников и блеска софитов. Но, как нам известно из многочисленных фильмов ужасов, в буколическом сельском уединении таится множество опасностей: от проклятых богами и людьми ведьм с колдунами до дебиловатых деревенских алкашей. Так что, привыкшему к городскому комфорту человеку волей-неволей придется забыть об удобствах теплого ватерклозета и в поте лица своего отбиваться от сонма зомби, расплодившихся на местном заброшенном кладбище, толпы духов из заросшей паутиной усадьбы или просто от маньяка с огромным ножом, невесть каким образом возникшего в глухих тамбовских, то есть простите, лапландских лесах. В «Лунной Сонате» (нет-нет, не Бетховена, а всего лишь Олли Сойнио) речь пойдет именно о маньяке. Точнее, о целой семейке маньяков, затаившихся в заброшенной северной деревушке в ожидании случайно заблудшей туда жертвы. Само собой, отдых звезде подиума она устроит незабываемый. И все было бы: замечательно, скучно, предсказуемо, шикарно, уныло (нужное подчеркнуть), – когда бы не специфический финский юмор, с которым рассказывает свою историю режиссер. Точнее даже не юмор, а легкая, порой едва заметная ирония, превращающая банальный маньячный хоррор в шикарное зрелище – настоящий пир души для поклонника фильмов ужасов. Не случайно картина в свое время была отмечена несколькими премиями национальных и международных кинофестивалей. При этом внешне у Сойнио все серьезно, Маньячная семейка, состоящая из престарелой матушки, не вылезающей из инвалидных саней (финское ноу-хау!), и двух братьев, радостно преследует девицу, которая тщетно пытается от них убежать. При этом, один из братьев прикован цепью в дровяном сарае, а второй косит «под нормального» – для пущей убедительности. Само собой, машина не завелась, помощи ждать неоткуда, а немногие местные жители радостно вырезаются сорвавшимися с катушек идиотами. Лишь «юноша бледный со взором горящим» из числа аборигенов примыкает к несчастной девушке в ее квесте «во спасение». В-общем, штамп на штампе сидит и штампом погоняет. Вот только обращается режиссер со сценарными шаблонами с таким мастерством и умением, что превращает свой фильм в настоящий аттракцион. Незначительными, казалось бы, штрихами, второстепенными эпизодами он выворачивает картину наизнанку. Игнорируя саспенс, заставляет сначала нервно, а затем уже широко и во все лицо улыбаться. И пусть по экрану все так же испуганно носится очаровательная Тиина Бьоркман, пусть она даже продолжает принимать происходящее за чистую монету – ее эскапады не пугают, а искренне и от всей души веселят. И оттого, что гэги разыгрываются с абсолютно серьезным видом, что ни на секунду актеры не позволяют себе выйти из образов маньяков и жертв, ни разу не принимаясь откровенно дурачиться в кадре – все происходящее предстает совершенно ирреальным зрелищем. Автобус, полный суровых лесорубов, в который героиня Тиины Бьоркман не решилась сесть, предпочтя еще немного побегать от маньяков, предстает как воплощение творящегося на экране абсурда. То, что у Стивена Кинга в его американской глухомани предстает воплощением инфернального кошмара, у Олли Сойнио в тиши лапландской тайги выглядит бредом белой горячки – зелеными чертями, победить которых без хорошей дозы опохмела нереально. Зато глотнув грамм 250 ледяной водки – в самый раз. Правда, у маньяка тоже есть водка, а еще трактор, похоже, что оставшийся еще со времен Зимней войны. И гонки на этом тракторе в темноте полярной ночи – зрелище почти эпическое. И к этому эпосу нет смысла добавлять никаких слов: реплики героев в фильме можно пересчитать по пальцам. Равно как и музыкальные вопли главной героини. Это ж не Америка! Зачем кричать, когда нужно действовать? О чем говорить с маньяком-алкоголиком? Перенеся классический сюжет маньячного триллера на финскую почву Олли Сойнио не оставил от американских трюизмов ни рожек ни ножек. Невозмутимо превратил ужас в анекдот и заставил смеяться там, где Вэс Крейвен сделал бы все, чтобы зрители дрожали от ужаса. Вот только садясь смотреть «Лунную Сонату» не надо забывать героя анекдота, спрашивавшего дорогу до Хельсинки. И точно уточнять у водителя куда вам надо.