Опасное пробуждение

Теда Котчефф все помнят в основном как режиссёра «Рэмбо». И это несправедливо. За десять лет до «Рэмбо» он снял «Опасное пробуждение» — фильм, который не устарел даже сегодня, а тогда вызвал множество скандалов и едва не был уничтожен. Впрочем, об этом позже. Джон Грант — молодой учитель, застрявший по контракту в крошечном городке посреди австралийского буша. Он образованный, городской, он смотрит на окружающую пустоту с плохо скрытым презрением. Человек с временными трудностями, не более. Он едет на каникулы в Сидней — к подруге, к морю, к нормальной жизни. Но судьба делает крюк через городок под названием Бундаябба, и дальше я ничего рассказывать не стану. Скажу только, что оторваться невозможно, сколько бы раз ни смотрел. Бундаябба — место, которое Котчефф снимает без романтики и без карикатуры. Жара. Пыль. Пиво. Снова пиво. Люди, которые живут так, словно завтра — понятие сугубо теоретическое. Город выдуман, но узнаётся мгновенно. У каждого из нас есть свой Бундаябба. Просто называется он по-другому. Главный герой попадает в ловушку, и ловушка эта сделана не из злого умысла, а из радушия. Вот что по-настоящему пугает. Местные не злодеи. Они просто предлагают прибухнуть. Снова и снова, с совершенно искренней теплотой. «Выпьешь со мной?» — это не приглашение и не угроза. Это предложение раствориться. Они не хотят тебя сломать — они хотят сделать тебя таким же, как они, потому что иначе просто не умеют. И в этом нет никакой злобы. Только тёплая, липкая, всепоглощающая любовь, от которой куда труднее отказаться, чем от открытой агрессии. И это, кажется, совсем не только австралийская история. Дональд Плезенс играет местного доктора, по сути зеркало героя. Когда-то он тоже, судя по всему, приехал на пару дней. Теперь он здесь свой и, кажется, давно перестал замечать разницу. Теперь о судьбе фильма. Оригинальные негативы десятилетиями считались утерянными. В 2002 году монтажер картины Энтони Бакли нашёл их на складе в Питтсбурге — в контейнере с пометкой «на уничтожение». После семи лет реставрации Мартин Скорсезе лично представил восстановленную версию в Каннах в 2009-м и признался, что фильм оставил его «без слов» ещё при первом просмотре в 1971-м. Это дорогого стоит. «Опасное пробуждение» задаёт вопрос, почти между делом: кем мы становимся, когда рядом нет никого, перед кем нужно казаться лучше. И насколько тонка граница между «я просто заехал на пару дней» и «да куда торопиться, посиди ещё».

Приятное удивление. Старый фильм, да еще австралийский. Но так иногда бывает – находишь там, где не собирался искать. В данном случае, сильное впечатление и удовольствие. Впечатление от обманчиво банального сюжета, удовольствие от того, как он подан – великолепная игра актеров, работа оператора. Нет смысла погружаться в его перипетии, хочу сказать о другом – вечности поданных на рассмотрение тем. Их несколько. Заглавная - влияние на человека среды, в которой он вынужден существовать, не имея возможности ее поменять. Еще – влияние человека на среду обитания, которая не в состоянии от человека избавиться. О полном бессилии «Культуры» и «образования» в тех случаях, когда человек попадает в тиски (капкан) созданных им же жутких обстоятельств, нося в себе адамову предрасположенность к пороку. А после – стремительное (или замедленное) падение в пропасть, на дне которой смерть или новый вид существования, уже в иной ипостаси. «Человек может быть хуже животного» - верное замечание. Но я не об этом. А о том, что этот австралийский фильм, волшебным образом стал для меня великолепной кино-иллюстрацией к двум русским рассказам. «Учитель» Бунина, и «Мелюзга» Куприна. Этакая смесь с преобладанием Бунина. С той разницей, что герои Бунина и Куприна (учителя и фельдшер) обречены, а у австралийского педагога шанс остаться живым. Не знаю, читали ли эти рассказы режиссер и сценарист. Но убеждена, что настоящие таланты неизбежно будут друг друга повторять. Так как при разнообразии изобразительных средств и возможностей метафизический пейзаж человеческого бытия всегда один и тот же. «Лунный свет, как снег на пыльном лице пустыни»