Солдатские девки

Идеальное сочетание раскрытия неудобной правды, лирики и портретных этюдов. Дзурлини в этой военной ленте рассказывает нам о вторжении Италии в Грецию. Это была весьма напряженная и кровопролитная война. О ней не часто снимали ленты. Слишком много неудобных исторических моментов затрагивала эта тема сама по себе. Но Дзурлини смело взялся за нее. И еще более обострил напряжение выделив в центр повествования распределение проституток по итальянским военным частям. Большая часть этих девушек, как выясняется, была вынуждена просто выживать. Их распределяли по одной на военное подразделение. И судьбы солдат они делили с ними. В случае военных столкновений девушек никто не жалел. Они погибали. Дзурлини умудрился в этой весьма обыденной истории найти некую поэтику, влюбленность, напряжение. И вышло вполне достойно и зажигательно. Исполняющая роль гордой гречанки Эфтикии Мари Лафоре выжигает напалм вместе с Томасом Миллианом. Но поэзия есть и в трусости. Как можно забыть майора Алесси великолепно показанного Александром Гавричем. Веселый, улыбчивый, жизнерадостный и всегда находящее нужное решение его герой иногда кажется воплощением мужественной деловитости. Но война расставляет все на свои места. Разве можно забыть сцену в которой майор Алесси уводит на привал безропотную девушку Тулу. Героиня Леа Массари не может сопротивляться требованиям офицера, да и особо не хочет. Война ставит перед людьми настоящие вызовы. Каждому соответственно стойкости. И женщин эти вызовы касаются ровно в такой же степени, как и мужчин. Дзурлини покажет нам еще множество других знаменательных сцен и выразительных портретов. 8 из 10

«Они шли за солдатами» - хороший, но не выдающийся фильм Дзурлини, лишь в финале набирающий обороты мощного, пронзительного лирического высказывания. Первый раз в своей кинокарьере делая военную тему не фоном любовной истории, а центром сюжета, режиссер, тем не менее, показывает себя не баталистом, а тонким аналитиком человеческих душ. Фильм интересен главным образом актерскими работами Томаса Милиана, Марио Адорфа, Анны Карины, Леа Массари, и в не последнюю очередь Мари Лафоре, создающей образ гордой гречанки, которую не могут сломить никакие тяготы. Более однообразная, чем всегда музыка Марио Нашимбене звучит не столь пронзительно, как в «Первой ночи покоя» или «Безжалостном лете», создает трагикомическую интонацию этого качественного, но не захватывающего, не берущего зрителя за жабры фильма. Причины того, что фильм не совсем удался стоит искать в том, что есть темы, которые не очень близки тем или иным режиссерам – Дзурлини, например, не близко политическое кино (что показала ходульная плакатность «Сидящего одесную»), не особенно близка и военная тематика, поскольку зритель не раз ловит себя на мысли, когда же это заунывное повествование, отмеченное в редких сценах неподдельным драматизмом, закончится. «Они шли за солдатами» довольно трудно смотреть из-за однообразия драматических ситуаций, которые лишь в последние полчаса приобретают характеристики гордиева узла, который может разрубит лишь эмоциональный всплеск, тем не менее фильм талантлив и понятен широкому кругу зрителей темой проституции из-за голода, он покоряет сдержанным достоинством опустившихся женщин, сохранивших национальную и личную гордость. Актеры, как всегда у Дзурлини, играют не по правилам итальянского кино, то есть, не переигрывая и не пережимая, что говорит о его режиссерской аккуратности при подаче эмоций. Марио Адорф воплощает тип человечного итальянца, не желающего умирать, Александр Гаврич прекрасно работает в образе мерзавца, которому важна лишь его собственная шкура, Томас Милиан сдержанно играет человека чести, Анна Карина, редко на тот момент выбирающаяся из амплуа музы Годара, создает образ жизнерадостной проститутки, которая скрывает за оптимизмом отчаяние, наконец, Мари Лафоре создает типично дзурлиниевский образ разочарованности в жизни. Весь актерский ансамбль работает слаженно и к нему нет претензий, в отличие от режиссера, которому трудно работать не в формате камерной любовной истории, а в рамках военного эпоса. Как покажет «Пустыня Тартари», военный эпос ему тоже по плечу, но лишь тогда, когда он одет в покрывало метафизической притчи.