Солнце

Жил-был мужчина, и было у него два сына, но, когда его спрашивали, есть ли у него дети, он отвечал, что у него один сын, тот, что был старшим, – надежда Отца, гордость Матери и оправдание для безвольного младшего Брата, от которого ничего не ждали и ничего не требовали, потому что для семейного счастья хватало одного, а другой оказался не нужен, и тюрьма стала для него закономерным пристанищем, пока Старший возился с его забеременевшей подругой, утешал Мать и оставался кумиром Отца, как и все, не замечавшего, как Старший сын прогибается под тяжким бременем – быть всем для своей семьи, оставляя в стороне собственные мечты и намерения, - заложник благородства и чести, однажды вечером решивший положить всему этому конец, опустошив Мать, лишив Отца надежды, а Младшего – оправданий, возможно впервые в жизни сделав то, что хотел сам, решая свои, а не их проблемы. Провалившись в пропасть, первым, чувствуя вину, начинает цепляться за жизнь Младший, дорожа Женой и Ребёнком, которых сохранил для него Старший, сделав ответственным за других людей, и, заметив это, воспрянул Отец, увидев в том ростки новой надежды, не тревожа Мать, стал тенью сына, опасаясь, что тому не справиться одному – чтобы за ним самому подняться на ноги. На память приходит последний фильм Ху Бо («Слон сидит спокойно») - также неспешно Чун Мунхун бредёт по пятам Младшего, которого гипнотизирует змеиными глазами разбойник Радиш – пугающее и отталкивающее перевоплощение Лю Куаньтина, совершающееся в духе настоящего колдовства, за которое актёр абсолютно заслуженно получил главный кинематографический приз Тайваня за лучшую роль второго плана Golden Horse Awards - этот персонаж буквально вламывается медитативное повествование, уводя его в сторону психологического триллера, доводя до дрожи не только Младшего, но и его Отца, в ужасе от угрозы крушения едва забрезжившегося мира. С нарастанием психологического прессинга проясняется важность предшествовавших тому хождений режиссёра вокруг да около - детальной характеристики действующих лиц, исследование хрупкости и надломленности их внутреннего мира, зыбкости прежнего порядка и наступившей затем опустошённости, но, даже при этом, нелегко принять на веру внезапную целеустремлённость Младшего, который чудесным образом, тащит за собою всех остальных, считая это скорее светлым желанием, мечтой режиссёра, по доброте душевной увещевающего людей быть внимательней к своим близким, ибо потерянного не вернуть, а построить жизнь заново – стократ труднее.

По словам режиссера Чун Мунхуна, замысел этого фестивального хита («Солнце» завоевало 6 национальных премий «Золотой конь», победив заодно в категориях «лучший фильм» и «лучший режиссер», премию Азиатской киноакадемии в номинации «лучшая актриса второго плана» и вошло в «оскаровский» шорт-лист в категории «лучший международный полнометражный фильм», хотя и не попало в список основных номинантов) у него родился после беседы с другом детства, который поведал, как однажды в молодости отрубил кому-то руку. Позже, во время обеда, постановщик обратил внимание на еду, кипящую в горшке и перед его глазами мгновенно возник образ отрезанной кисти, лежащей в таком горшке, что и стало отправной точкой для создания картины. Однако, несмотря на столь жуткие и брутальные визуальные образы, «Солнце» представляет собой грустную, спокойную и лиричную семейную сагу, пускай и разбавленную криминальными мотивами и жесткими сценами. Метафорический образ небесного светила здесь выступает не только символом долгожданного исцеления, проливая яркий свет на безнадежные, казалось бы, жизненные ситуации и знаменую собой долгожданную белую полосу, но и становится невыносимым, палящим и обжигающим настолько, что выносить его становится невозможным – что и произошло в случае со старшим братом Чжан Хо, не сумевшем вынести на своих плечах груз ответственности за имидж идеального ребенка. Изучая семейство Чен и их реакции на происходящие события, Чун Мунхун пытается рассмотреть не самые явные эмоции, обычно проявляемые людьми в подобных ситуациях вроде гнева, ярости или отчаяния. Это сложный узор скрытых человеческих чувств, помноженный на обилие деталей и факторов, формирующих те ощущения, которые не столь легко проявить, как, например, слезы горя или крики ярости. Порой от обилия сюжетных линий и переплетенных человеческих судеб хочется большего, поскольку кажется, что режиссер недостаточно полно высказывается о персонажах, немного «забывая» о некоторых по пути к финалу, в котором будет присутствовать один сюжетный твист, влияющий на восприятие характеров и ситуаций. Но то, с каким старанием Чун Мунхун подходит к проблеме не только отцов и детей, но и вопросу человеческой стойкости, способной сопротивляться депрессии и невзгодам, попутно облекая свой рассказ в сочные визуальные решения, определенно делает «Солнце» одной из стоящих внимания фестивальных работ.