Воздух

В первой трети своего хронометража фильм «Воздух» смотрится типичным военным кино современного образца: зрителя встречает тревожный титр с датой трагических событий, нарезка душераздирающих кадров и чьи-нибудь паникёрские реплики типа «всё пропало». Но чем дальше развивается действие, тем чаще приходится вспоминать, а кто, собственно, ответственный за режиссуру и нравственно-идейный посыл ленты. Это Алексей Герман младший – постановщик специфически-претенциозных артхаусов, что впервые в карьере оказался у руля блокбастера, ещё и посвящённого событиям Великой Отечественной. Ну, как посвящённого – кино рассказывает придуманную историю с вымышленными героями, пусть в персонаже Анастасии Талызиной без труда и узнается легендарная лётчица Лидия Литвяк. Схожесть есть даже во внешности двух женщин. И всё-таки «Воздух» – чистой воды фантазия автора. Фильм заимствует концепцию сразу нескольких советских шедевров военного кино, но в отличие от картин «В бой идут одни старики», «В небе «ночные ведьмы»» и «А зори здесь тихие», работа Германа младшего уходит в плоскость философского рассуждения. Чувствуется, что режиссёру не настолько интересны сами бои в небе, хоть он публично и хвалился использованием новомодной технологии павильонных съёмок с использованием полноразмерных макетов, кружащихся перед гигантскими экранами. Куда важнее автору сама идея вооружённого конфликта как чудовищного и антигуманного явления, оправдания которому нет и быть не может. Что ж, открыл человек глаза на правду, ничего не скажешь. Но если без сарказма, то уже по части атмосферы «Воздух» уделывает фальшиво-глянцевых оппонентов в составе «Девятаева», «Крыльев над Берлином» и «Лётчика». Герман младший не пытается показать страшную войну как подходящую площадку для демонстрации героизма. В его картине это совсем иное – беспросветный мрак, ужас, страх и опустошение. Впрочем, даже режиссёр артхаусных драм то ли не может по настоянию «партии», то ли не хочет самостоятельно отойти от задолбавших клише в фильмах такого рода. Наша героиня должна быть не просто наивной идеалисткой, проходящей путь от пацифистки до лучшей истребительницы в лётном полку. Она обязательно жертва репрессий – ну куда же без кровавой «гэбни»! А ещё прекрасную девушку обязательно поразит любовный вирус! И не в виде светлого и чистого чувства, как в тех же «…Стариках» Леонида Быкова, а как притянутого и неестественного порыва, что вызывает чувство неловкости за Анастасию Талызину и Сергея Безрукова, между которыми – ни много ни мало – двадцать шесть лет разницы в возрасте, и в фильме это хорошо заметно. Также, в духе времени героине никак не обойтись без грязных домогательств абьюзеров, и чтобы уж окончательно припечатать великий образ красноармейца один такой, с позволения сказать, боец набросится на девчонку… из зависти, что-то больно заговорённая от пуль немецких «Мессершмиттов». Короче говоря, всевозможного идеологического мусора в «Воздухе» хватает, и природа возникновения его понятна: киноленту явно ориентировали за западные фестивали, да вот некстати грянула пандемия, а затем резко сменился и политический фон. Ну а в отрыве от всей этой вредоносной шелухи фильм способен понравиться уже одними только боями и полным ощущением, что сценарного иммунитета тут нет ни у кого из персонажей. Жаль, что не получила развития линия с противостоянием наших лётчиц многоопытному немцу Ульриху, что громит наши «Яки» будто косточки из компота. Смешно, но в этом плане с «Воздухом» уверенно посоревнуются даже фильмы из серии «Снайпер», в которых нет почти ничего, собственно, военного. Сценам из быта девчонок, который их окружает в перерывах между схватками в небе, не хватает связности. Это вообще бич «Воздуха». Герман младший будто крайне неохотно возвращал героинь на землю и снимал их склоки, возникающие из-за разницы в темпераментах. Фактически и так, с первого же появления на экране становится понятно, насколько по-разному смотрят на мир героини Талызиной и Аглаи Тарасовой, но режиссёр, тем не менее, пытается убедить, что это не мешает им быть лучшими подругами и верными соратницами. Более верным орудием в руках автора становится смерть, а перед её лицом, как известно, все равны. До статуса явления в жанре «Воздуху» не дотянуться, однако в сравнении с совсем уж очевидными надругательствами над советским наследием типа «Т-34», фильм Германа младшего относительно безвреден и имеет своё лицо. Не слишком запоминающееся, и всё же. В отрыве от разносортного барахла, которое лишь удлиняет и без того солидный хронометраж, это кино напоминает о героизме простых девчонок, что наравне с крепкими мужиками защищали Родину и внесли немалый вклад в великую Победу. За режиссёром не заржавело в финальных титрах отдать почести погибшим родственникам, и сделано это было, хочется верить, искренне. Что до остального: артхаус остаётся артхаусом, с каким бюджетом сложившемуся автору ни начинай предприятие. Пробить на эмоции Алексей Алексеевич оказался способен, и сделал это с уверенностью настоящего мастера.

Некоторые фильмы не смотрят – в них входят. Как в чью-то память. Как в дом, где все ушли, но остался запах. «Воздух» Германа-младшего – именно такой. Сначала я хотел написать, что его надо прочувствовать, но это звучит по-школьному. На самом деле его надо просто пережить. Как непривычный сон, где всё тянется и не отпускает. Это кино не про сражения, героизм или победу. Оно про то, что остаётся внутри, когда снаружи всё уже сгорело. Женщины в форме, девушки с лицами из старых фотографий, белокурая лётчица, которая боится стрелять. Не потому что слабая – потому что ещё живая. И хочет жить. Здесь никто не орёт про Родину, никто не марширует с флагом. Все молчат. Иногда говорят. Но чаще – молчат так, что мурашки. Фильм вообще очень тихий. Он как будто снят в полголоса, чтобы не спугнуть хрупкое. Даже боль здесь не кричит и даже смерть – сначала внутренняя. И от этого становится страшно. Потому что привычной формы нет: нет начала, середины и финала. Есть сцены, обрывки диалогов, какие-то фразы, от которых почему-то хочется плакать. – Можно любить тех, кто умер? – Что важнее: Родина или человек? Это не лозунги. Не пафос. Это люди пытаются объяснить себе, зачем всё это. И не находят ответа. Визуально фильм будто вымыт – выцветшие лица, пыльное небо, выжженная трава. Но среди этой серости вдруг вспыхивает красное: кровь, солнце, огонь. Настоящее. Без фильтров и метафор. Просто – вот оно. Всё остальное – уже почти растворилось. Да, есть технические огрехи. Звук местами заметно студийный, голоса как будто не из тела, а из радиоприёмника. Но это не раздражает. Даже наоборот: возникает ощущение, что ты слышишь не людей, а их воспоминания. Как будто это не сейчас, а тогда давно. Или никогда. «Воздух» – это кино о том, что остаётся после. После приказов, подвигов и выживания. И о том, что не уходит. О чувстве, которое сжимается в груди и не даёт плакать, забыть или простить. Кино не предлагает выводов – только ощущения. Но они липнут, как гарь. И остаются. Вместе с воздухом. 8,5 из 10