Однажды в Трубчевске

От людей на деревне не спрятаться, Нет секретов в деревне у нас. Не сойтись, разойтись, не сосвататься В стороне от придирчивых глаз. 'Однажды в Трубчевске' это любовь в недоразумении. Любовь воровливая, постыдная. Между 'дядей' и 'тётей', которым уже далеко не по семнадцать годков. Он - женат. Она - замужем. Дома по соседству. Сын у него, дочь у неё. Подростки. Шальная стрела Амура блажью - 'с жиру бесятся'? Ага. Так и есть. Какая нелёгкая толкнула в объятия? Перед нами роман без искры. Роман 'тихушников'. Роман молчунов. 'Однажды в Трубчевске' какая-то маловразумительная, блеклая реальность сомнительного содержания. Судите сами. Он явно не 'птица говорун'. И чем запомнился за весь хронометраж картины, так это вращением баранки колеса большегрузного автомобиля, да ещё застольным 'жором' едва ли не лохани творога со сметаной. Ни слов путных, ни речей пламенных автор в уста персонажа Егора Баринова не вложила. Не блещет искрой и пассия. Персонаж Кристины Шнайдер 'постные щи без приварка'. 'Скушна', безлика. Хотя и иронично улыбчива с чёртиками в глазах. Люди, они везде люди. И в мегаполисе, и в провинциальной глубинке одни и те же страсти. Мужчины, женщины, мужья, жёны, молодость, задор, любовь, измены, боль... Для одних сладостная чаша. Для других горести полный ковш. Когда супруг начинает блудить, тут уж не до веселья. Перебесится? Остепенится? Возможно. Но когда? Когда всё это закончится? И каков обоих ожидает финал? С какими потерями будет финиш? Ты болен сердцем от происходящего, страдаешь, а 'твоя половина' сейчас, где-то, купается в упоительных мгновениях зноя чувств. Одна мысль о подобном, уже тяжела. И выбраться без душевных ран из этого омута, весьма непросто. Многим приходится годами с этим жить. Смирившись. Историй подобного, множество. И кинематограф умело ткёт полотно рассказов. Помните Анфису и Кирьяна из 'Вечного зова'(1973)? - За что ж ты его любишь так... по-собачьи? - Ну и люблю... Люблю! Всю жизнь - люблю! -... что водку трескал я без меры, это от глупости. Что бил тебя зверски, за это прощения прошу. Хоть и меня понять не грешно было бы тебе... Ты с Федькой тешишься, а у меня от пыток сердце заходится. Перед нами драма. Перед нами трагедия человека. И фраза, стоном плача в отзвуке. Мужчина, муж, отец надрывно 'плачет' над своею судьбой. Но это 'Вечный зов'. Это далеко не 'Однажды в Трубчевске'. Здесь нет такого размаха. Здесь нет таких страстей. В перипетиях людских, не только грустить приходится. Иной раз, краски смешного, используемые режиссёром, бодрят в насмешливости адюльтера необычайно. Любовь как недоразумение. Любовь как минутная блажь. Любовь, умопомрачением и отрыжкой. На утро. На следующий день. Едва-едва глаза продрав и ужаснувшись себе самому. И прыти своей. Как же это меня угораздило-то? Знаем подобное? Видели? Зачем далеко ходить, 'Любовь и голуби'(1985) припоминаете? Комедия в надрыве. Пе-чаль-ная... Раиса Захаровна и Василий. 'Сюрприз' выросший из курортной интрижки. Под хохот. - Ты мое счастье, ты моя судьба, ты моя любовь! Хочешь, я научусь печь пироги?.. Не спорю, мы из разных социальных пластов, но судьба свела нас… - Кака судьба? По пьянке закрутилось – и не выберешься. - По пьянке? - Ну, да. Ты же на меня от тоски бросилась! Все одна, да одна. Тоже, поди, не сахар! Вот Вам и объяснения между двумя горе-любовниками. А нам, зрителям, наглядный урок к чему именно может привести так называемое -... по пьянке закрутилось. В нашей версии любовных баталий, потешное не предусмотрено. 'Однажды в Трубчевске' - это всего лишь однажды в Трубчевске. Хотя и провинциальная глушь в демонстрации, но многим, очень многим 'это' уступает даже деревенской лирике. 'Дело было в Пенькове'(1957) гораздо более питательная смесь во всех отношениях - сценарий, драматургия, актёрские образы. Разве нет? У Ларисы Садиловой всё пальцем в небо... К сожалению. Сплошной минор. И тягость. Возьмите к примеру 'Осенний марафон'(1979) Георгия Данелия - жена, любовница и светоч переводческой мысли меж ними. Интригует! Увлекает! А какова эмоция из каждого кадра? Страх, отчаяние, испуг разоблачения... - у О. Басиалашвили. Усталость, горечь, упрёк в глазах... - Н. Гундарева. А М. Неелова - колокольчатое счастье в воспарении, оторопь от будильника часов любимого, надежда на семейное завтра с браком... 'Однажды в Трубчевске' - так глубоко не копает. 'Однажды в Трубчевске' это едва ли не соотношение 1 к 10 в перечисленном ряду картин. Ошибаюсь? Вряд ли. А если и так, то не на много. Сериальной замыленностью отдаёт картина. Поверхностность без глубины. Увы, во всём. Увы, во всех. А жаль. Ведь 'Ничего личного'(2007) у режиссёра была удивительно как хороша. Зоя Кайдановская - блистала. Валерий Баринов - искрил харизмой. А какое обрамление было у 'главного калибра'? Все к месту. Все с прописью характеров. Где же 'Однажды в Трубчевске' растеряло себя? Где? 4 из 10

Диктатура автора в отношении своих героев зачастую неизбежна. И тем ценнее фильмы, которые не навязывают своей позиции, особенно в такой чуткой и нежной области, как дела сердечные. Герои фильма - простые люди, жизнь которых идёт своим чередом вдали от столичного шика. Но и живут, и любят они по-настоящему - этой 'трушности' и посвящен фильм 'Однажды в Трубчевске'. Глубинка в работе Садиловой - не дыра, полная произвола, как у абсолютного числа современных отечественных кинематографистов, а спокойное место, жизнь в котором подчинена определенному распорядку. В него вписывают свой адюльтер главные герои фильма - Егор и Анна. Романтика их взаимоотношений заключается в свиданиях в придорожных кафе и совместных рейсах на фуре. Садилова относится к своим героям с уважением и нежностью, ничуть не опошляя их историю своим критическим взглядом. В этом спокойном наблюдении разворачивается рассказ о любви и ожидании, сдобренный национальными чертами. Скорее типажный, а не образный фильм ложится на сердце полупозрачной вуалью, какой-то подсмотренной, непридуманной зарисовкой из жизни. Нельзя ставить таким картинам в упрек простоту и ровность повествования. Это тихий кинематограф, заслуживающий бережного к нему отношения. В бесконечном море фильмов, полных насилия, драк, слёз и страданий 'Однажды в Трубчевске' обретает особый вес благодаря своей спокойной интонации, призывающей к созерцанию и состраданию. Наверное, благодаря этому его заметили в Каннах. Теперь его стоит заметить и соотечественникам.