Молодой Ахмед

Братья Дарденн — дважды каннские лауреаты, современные классики, давно мои чуть не самые любимые европейские мастера, каждую картину которых я всегда ждал, смотрел и пересматривал. Говоря прямо, так, как они работают с реальностью, с сегодняшним днем и повседневным материалом, не работает почти никто. Эти режиссеры категорически обязательны к подробному просмотру для всех, кто считает себя реалистом. Кто работал так же точно, скальпельно, жизненно, и вместе с тем ярко и зримо? Создавая предельно документализированные, я бы сказал, картины, в которых нет места ни фантастическому, ни слишком нарочитому, в них веришь, как в каждый собственный день. Чехов? Хэмингуэй? Толстой? Думаю, это к Дарденнам близко. Из самой обыкновенной повседневной реальности они высекают эти естественные и незабываемые драмы, создавая реальность, неотличимую от настоящей. И при этом они умеют оставаться предельно честными и стойко сохранять чувство меры, а их фильмы просты только на первый взгляд, стоит в них всмотреться, все становится чрезвычайно сложным. Последняя их картина 'Молодой Ахмед' сделана в узнаваемом стиле свободной 'следящей' за героями камеры, единичных случаев, когда в камеру попадают глаза героя и мы видим его взгляд (все как в жизни), в этом фильме простые люди, непримечательный пригород, обыкновенные ситуации, проявляющие само время в метафоре кино так, что после просмотра неизбежно начинаешь видеть окружающий мир и свою эпоху как высвеченную слепяще-белым светом театральную сцену. 'Молодой Ахмед' — еще одна жемчужина, еще один отрезок живой жизни, сухой, точный, предельно как будто документальный жест великих бельгийцев. Трудно сдержать слезы на последних кадрах, хотя ничего там ни трогательного, ни сентиментального нет.

Честно говоря, не ожидал от Дарденнов такого прямого попадания в нерв эпохи, столь нетолерантного освещения темы культурной интеграции мусульман в европейскую жизнь. Хотя нетерпимым «Молодого Ахмеда» можно назвать лишь в беспощадном изображении религиозного фанатизма, который с позиции режиссеров, делает человека чудовищно ограниченным и несчастным, и даже если весь мир пытается ему помочь (вот это как раз и сомнительно: слишком причесанно идеальным выглядит европейский мир с его перевоспитывающими механизмами), фанатик идет до конца, пока не получает по голове от самой жизни. Конечно, есть соблазн проведения параллелей между «Молодым Ахмедом» и «Учеником» Серебренникова, но последний выглядит на фоне дарденновской картины излишне схематичным и каким-то озлобленно антитрадиционалистским, бельгийцы же соблюли в своей ленте чувство меры, ни разу не перейдя в осуждение бедного мальчика, которому имам-фундаменталист промыл мозги. Исламизация Европы – серьезная и весьма острая проблема не только в связи с недавними событиями во Франции, она поднималась еще в середине десятых в, как оказалось, пророческом романе Мишеля Уэльбека «Покорность», но тогда ему бы никто не поверил, если бы не кровавый теракт в редакции «Шарли Эбдо». Смотреть новый фильм Дарденнов, зная предысторию конфликта европейских толерантных интеллектуалов с радикальными мусульманами, чрезвычайно поучительно и интересно. Конечно, порой трудно удержаться от улыбки и даже смеха (порой переходящего в хохот) видя мельчайшие соблюдения подростком исламских обрядов, но не оттого, что они абсурдны (религиозные обряды не могут быть абсурдны, если наполнены духовным содержанием и искренней верой), а оттого, как их буквалистское соблюдение накладывается на реалии современного безбожного мира. «Молодой Ахмед» - кино о духовно увечном человеке, желающем лишь одного – найти смысл жизни в тотально секулярном пространстве, где нет ничего кроме материализма и гедонизма. Парадоксально, что его обрядоверие делает его не меньшим материалистом, чем окружающие, но он не способен это понять. Задача нового фильма Дарденнов, как и всего их творчества в целом, - показать, как растапливается жестокое сердце, как душевная теплота, сострадание, сочувствие меняют даже самого большого негодяя и эгоиста. Однако, в данном случае хорошее отношение к нему других людей лишь расслабляет Ахмеда, ни в чем не меняя его мировоззрения, и лишь внезапная угроза со стороны жизни резко трансформирует его сознание. «Молодой Ахмед» - фильм не только неплохой, с позиции формы он вообще безупречен: способность постановщиков уже в первые 10-15 минут экранного времени тщательно обрисовать конфликт, не допуская не то что ничего лишнего, но даже малейшего отклонения от темы, могут только восхищать зрителя уверенностью режиссерской мускулатуры. Так построен и весь фильм – годы в документалистике, потом четверть века в игровом кино не прошли для Дарденнов даром. Их фильмы – высококлассное кино, способное, как увлекать, так и вызывать сострадание. Весь вопрос – в другом: насколько светский гуманизм бельгийских художников в данном случае работает, ведь они сами понимают, что человечность не способна перевоспитать фанатиков, для этого нужен внезапный жизненный удар. По этой причине, режиссерам, быть может, следовало больше уделить внимания тому, что произошло с Ахмедом после финальной сцены, а не обрывать на этом ленту. Таким образом, «Молодой Ахмед» проработан полностью и всецело, кроме финального обрывания сюжета. Также Дарденны оставляют за кадром причину погружения героя в радикальный ислам (быть может, с ним было бы все по-другому, попадись он другому имаму, менее фанатичному, а, может, и нет). В любом случае, наряду с турецким «Мустангом», фильмами Махмальбафа и романом Уэльбека новая картина Дарденнов максимально возможно остро ставит проблему, о которой раньше принято было молчать в европейском искусстве, делая вид, что ее нет, а во всех проблемах иммигрантов виноваты якобы лишь белые. Теперь же средствами кино и литературы режиссеры и писатели еще очень неуверенно и, часто ошибаясь, по-разному подступаются к теме культурной интеграции мусульман в западное общество, и новая картина братьев Дарденн «Молодой Ахмед» вносит в этот процесс немалую лепту.