3 А класс, с этого момента вы в заложниках

За десять дней до последнего звонка учитель-тихоня запирает выпускной класс в учебной аудитории, спокойным голосом объявляя старшеклассникам, что теперь они его заложники. Несколькими взрывами отрезав опешившим деткам дорогу к бегству, он тут же выдвигает условия их спасения, обращённые не к озадаченным полицейским или растерянному школьному начальству, а к оказавшимся взаперти перепуганным школьникам, которым сенсей Ибуки Хираги решил преподать суровый урок, пообещав за неправильный ответ на вопрос лишать их единственной жизни. Сюжет вымышленный и фантастически дикий, учитывая физические кондиции взбешённого учителя, по комплекции уступающего любому из сидящих за партами молодых парней, безуспешно пытающихся убрать его со своей дороги, и ловкость самого террориста, выстроившего идеальный план, окружив себя подельниками и союзниками, позволяющими оттягивать развязку, как им было обещано, на десятый день. Но цель у наставника вполне приземлённая и весомая – добраться до первопричины самоубийства одноклассницы ещё не состоявшихся выпускников, под угрозой смерти заставив их самих найти и разоблачить виновных, попутно приходя к весьма неожиданным выводам, ради которых хлипкий Буки затеял весь этот впечатляющий авантюрно-криминальный сыр-бор, не уставая повторять: «Let's think» - давайте подумаем. Крайние меры. Жест отчаяния и безнадёжности обречённого идеалиста, возможно, последний шанс пробудить в людях совесть и разум, призывая задуматься о целях и средствах, методах и последствиях, влиянии и безответственности, - так, ведя ребят от одного решения к другому, физически измотанный Буки обнажает пласты неизбывных проблем, которые для многих оказываются не совместимыми с жизнью. В психологических портретах старших и младших обозначены свойства типичных характеров, склонных к вполне определённому поведению и образу мыслей личностей, подчёркнутых ярким представлением молодых исполнителей, подстёгиваемых отчаянным положением их персонажей персонажей, проживающих каждый день своего заточения, как последний, что идёт в разрез с буффонадой части взрослых действующих лиц, подчёркивающей демонстративность воссозданной сценаристами чрезвычайной ситуации. Впрочем, и сам Буки, стократ повторяя «Let's think», обозначает не криминальные цели своего поступка, позволяя Масаки Суда вовсю распоряжаться отданной ему сценой, заполучив одну из самых спорных и ярких ролей, целиком и полностью отдающемуся яростным обличительным монологам, обращающим окружающий криминальный контекст в шокирующие театральные декорации исследовательского проекта, рассматривающего критические моменты психосоциального взаимодействия людей в объективной и сетевой реальности, где учитель предпринимает искреннюю и наивную попытку воззвания к разуму, преданный преподавательской миссии наставить на путь истинный своих, ещё не потерянных, учеников.