Скины

В австралийском фильме об этой субкультуре много прямо-таки кричащего символизма (незапланированного?). Вот вьетнамская диаспора выкупает бар, бывший до этого местом развлечения скинов. Вот бригада скинхэдов теряет нескольких членов в драке с буквально толпой «трудолюбивых мигрантов» из Вьетнама. Вот вьетнамцы вынуждают их бросить свой дом, буквально сжигая его... Вот полиция, при задержании убивает без предупреждения члена скин-банды... Вот вьетнамские туристы удивленно смотрят на трагический финал скитаний главных героев в прямом смысле на краю земли - своеобразный «конец белой расы»... Фильм снят откровенно аскетично. Главные герои показаны просто, штрихами, они — скинхэды и все. На краю социума, маргиналы, «белый мусор», полулюмпены, живущие то ли на складе, то ли в гараже. Их увлечения убоги, музыка – примитивна, они обитают в атмосфере постоянного насилия. Ни слова об их работе, родителях, доме, иных увлечениях. Ни кадра о том, что привело их в эту среду и к этим убеждениям. Объемных портретов личностей здесь нет. Правда есть намек: Габриэль. Юная красотка из богатой семьи, сбежавшая от папы-педофила, чья мать от таких дел, похоже, устроила себе ДТП-суицид. Обман всех надежд, предательство тех, кто должен быть главной опорой, вырождение семьи. И фраза главного героя Хэндо: «У меня больше никого нет». Характерно, что формальное содержание фильма противоречит его символическому, глубинному смыслу. Вроде все «правильно», скины: отродья, мразота, «плохие мальчики» бьющие «хороших». А получается, герои фильма — жертвы Системы. Сироты «дивного нового мира», в котором нет никаких ценностей, кроме чистогана. По крайней мере, такой смысл из фильма Джеффри Райта вполне можно «вычитать»... 7 из 10

Австралийский кинематограф всегда находился для меня в некой параллельной вселенной. За исключением ровно одного фильма. «Бритоголовые» - поразительно натуралистичное и весьма тяжёлое кино, рассказывающее о бесцельном, но крайне драматизированном крахе неонацистской группировки во главе с невероятно харизматичным Расселом Кроу. Собственно, я считаю, что именно это - его самая сложная и по-настоящему культовая роль. Фильм снят и смотрится практически на одном дыхании. Он настолько аутентичен, что вызывает искреннее отвращение, но вместе с тем и не менее искреннее сопереживание тому, насколько глупо и бесцельно люди уничтожили свой маленький мир. Здесь действительно поражает переход от немотивированного насилия и абсолютно животного пьяного угара к искренней любовной лирике с драматичным финалом, меняется даже музыка. OST заслуживает отдельных оваций, а трек Skrewdriver - гениальный пример подбора музыки под видеоряд. Смотреть рекомендую либо в оригинале, т. к. сложного текста здесь нет и в помине - все диалоги примитивны, маргинальны и, зачастую, односложны, либо в переводе Пучкова. С ним, возможно, даже чуть лучше. В фильме остро стоит вопрос неонацизма, но нравоучений нет, это практически документальная история, которой не просто веришь, я уверен, что нечто подобное случалось в реальности и не раз. Пожалуй, именно за счёт этой ленты, Австралия является реальным конкурентом Великобритании в плане контркультурного кинематографа. Причём Жаклин МакКензи - не просто маргинальная шлюшка-прилипала, привлечённая крутой компанией. Более того, она и не просто противоречит общей эстетике, добавляя глоток свежего воздуха. Она ещё и сама поднимает сложные социальные вопросы в аспекте инцеста, педофилии и собственных проблем со здоровьем. В итоге, это фильм, который не может нравиться, но вместе с тем не может и оставить равнодушным - это подлинный контркультурный андеграунд в его лучшем проявлении. 8 из 10