Чего мы стоим в жизни

Ох уж эти толерасты! Судя по их фильмам на гейкую тематику, существуют два типа людей: ярые гомофобы и не менее ярые гомофилы. Первые забивают насмерть пидарасов, люто ненавидят их семьи, запрещают парады и призывают весь мир устроить святую голубую инквизицию. Вторые легко затыкают за пояс матерых яойщиц в своей тяге если не опидарасить планету, то хотя бы обласкать отдельных представителей секс-меньшинства. Вот и папаша главного героя из того же отряда гомолюбов. Естественно, даже самому тупому зрителю будет ясен смысл создания этого фильма. Понимание, терпимость, любовь к ближнему и так далее. И элементарная, как пиксель, мысль, что если уж человек хороший, причем хороший и как сын, и как представитель рода хомосапиенсов, то ориентация тут никакой роли не играет. Но как же все приторно и утрировано! Повторюсь, что толерантность – это чудесно, но есть разница между принятием, пониманием, собственно, терпимостью и нездоровой манией. Вот папаша в картине как раз производит впечатление не адекватного отца гея, а маньяка-гомофила. Взаимопонимание между отцом и сыном возвели в такую степень, что она перешла все границы разумного. Если папаша покупает для сына гейские журналы, беседует с ним об онанизме (сыну, кстати, 23 года, при том, что сыгравшему его Расселу Кроу на тот момент стукнул тридцатник), посещает голубые клубы и примеряет женское имя, это уже диагноз. Ощущение навязчивого зомбирования на любовь к яойной стороне жизни усиливается довольно мерзким киношным приемом, когда действующие лица обращаются напрямую к зрителю. Эта фишка очень редко бывает в тему, с ней надо обращаться осторожней, чем со спичками на автозаправке, но многие фильмоделы ее просто обожают. Здесь она еще больше усугубляет и без того плачевную ситуацию. Сюжет, право слово, как из плохой социальной рекламы. Посмотрите, вот один пидарас, у него все плохо, его никто не понимает, а вот второй пидарас, у него все шоколадно и со сливками. И оба они хорошие ребята. А если не видно разницы, зачем жить хуже? Затем появляется тетка, которая демонстративно ошибается в своей нелюбви к геям, а потом жутко раскаивается. При этом ни ее нелюбовь, ни раскаяние никаких причин как будто бы и не имеют. И, барабанная дробь, финал. В общем, и грустно, и смешно, и радостно, и страшно. Грустно, потому что кажется больным как и ненависть к тому, кто трахает не того, кого хочешь ты, а кого хочет он, так и неуемная и ничем не объясняемая любовь к нему. Смешно, потому что фильм до такой степени наивный и азбучный, что хоть сейчас показывай в детском саду, но при этом приправлен диалогами о вещах, которые приличные люди, даже в семье, не обсуждают, поскольку это все равно что сесть посреди улицы, нагадить, а потом удивленно воскликнуть: «Ну а что, все же испражняются, что в этом такого-то?». Радостно, ибо инакомыслящих уже не сажают на кол, и в то же время страшно, потому как нетрадиционная ориентация уже становится не просто постельным предпочтением, а знаменем, под которым призывают собираться и размахивать им с таким рвением, как будто именно это показывает, чего мы стоим в жизни.

Разве мы не в силах любить людей такими, какие они есть? Сколько нужно перенести через себя боли, что бы осознать, что твоя плоть и кровь не такой как все, да еще научиться смотреть на жизнь с юмором. Сколько мудрости нужно человеку, что бы стать единственным другом и поддержкой своему сыну, который не такой как все? Что бы увидеть, как это все происходит нужно посмотреть эту картину. Больше всего мне в душу запал момент, когда я увидела всю боль за близкого человека в глазах отца. Одновременно во взгляде была огромная любовь и желание сыну счастья. Здесь можно найти ответы на многие вопросы: как принять жизнь такой, какая она есть; как научиться тактично и с уважением относиться к друг другу. Фильм очень светлый, как после посещения церкви. Очень хочу написать больше, но внутри столько эмоций, которые я не могу сейчас оформить в слова. Это что- то не объяснимое, что нужно понять каждому, посмотрев этот фильм.