Последствия

Вольфганг Петерсен - многоплановый, безусловно достойный внимания режиссер, снимающий совершенно разные фильмы, в числе которых 'Подводная лодка', 'Враг мой', 'Бесконечная история', 'Троя'. Данный фильм, снятый для телевидения, малоизвестный российской публике, затрагивает тему гомосексуальных отношений и тех последствий, которые являются плодами неприятия нетрадиционной любви и 'неповторимого одиночества'. История Мартина и Томаса (основой для фильма послужил автобиографический роман Александра Циглера «Die Konsequenz») рассказана предельно объективно и несколько скупо, лаконично, что, впрочем, лишь усиливает впечатление от превосходной игры актеров, каждая эмоция которых подлежит запечатлению на кинопленке. Читая комментарии в Сети, я не раз встречала упреки в адрес создателей фильма, критику за некоторую недосказанность, а оттого и нелогичность поведения Томаса. На мой взгляд, умолчания нисколько не мешают развитию сюжета и не портят общую картину фильма. В нем и так все предельно ясно, и разбираться досконально в причинах, приведших к трагическим последствиям, нет нужды. В конце концов, Томас был и остается ребенком, лишенным родительского участия, заброшенным в чуждую ему и подавляющую его среду, растерянным и запутавшимся. Стоит ли размышлять о том, достаточно ли этого, вкупе с физическим насилием, чтобы расшатать психику героя, полностью перевернуть его внутренний мир? Я думаю, не стоит. Все основания для психологической травмы налицо. Надо сказать, что Петерсен отказывается от однобокости, статики образов и не идеализирует ни Томаса, ни Мартина, оказавшегося, по сути, таким же пострадавшим в этой истории. Гомосексуальная среда здесь неоднородна и вмещает в себя не только главных героев, но и малоприятных или, более того, отталкивающих персонажей. Вместе с тем, судьба Мартина и Томаса не может не вызвать сочувствия и искреннего сопереживания, что является немалым достижением как режиссера, так и актеров. Открытый финал же оставляет горькое и непреходящее чувство всеобщей вины, сваленной на плечи зрителя, оказавшегося наблюдателем настоящей катастрофы. Поскольку все трагичные истории, подобные этой представляют собой наглядный пример насилия над личностью и ненависти частной, грозящей переродится в общую, что, в конечном итоге, не оставит никакого логичного выхода, кроме самого что ни на есть прискорбного.