Конец фильма

После тупых и еще тупее голливудских блокбастеров это глоток свежего воздуха. Наслаждение каждой минутой. Смешно не только в начале (как сказано в одной из рецензий) - смешно весь фильм. Хотя этот фильм, от начала до конца, о смерти. Мы смотрим тот самый фильм, который они обсуждают в середине - который хочется снять. Такой, чтобы 'проняло до мурашек, а чем человека пронять - только смертью'. Это кино о человеке, которому осточертела его работа. Если абстрагироваться от того, что по сюжету герой режиссер, и примерить ситуацию на себя - а многим ли не хотелось бросить осточертевшую работу и рутину жизни в целом? - фильм становится понятнее. Представить себя в этой ситуации: а что бы я делал, уйдя с работы? Вот герой и ходит туда-сюда, ведь оказывается, что в этом случае нечем заняться. Сцена с бандитской перестрелкой, где, как выясняется, тоже кино снимают, очень символична: профессия будет преследовать везде, ведь к середине жизни ты уже ничего другого не умеешь, а то что умеешь окружает повсюду. Зависть к застрелившемуся другу, которую герой емко выражает словами 'вот. ..(редиска)', о том что все достало, а деться некуда. Герой ушел с площадки, но продолжает жить той же самой жизнью, то есть по сути не сбежал. Фильм от первого до последнего кадра о реальной жизни. О её беспощадности. И жена героя, в момент когда в слезах ест блинчик на кухне, тоже узница. Она тоже не может сбежать. Потому что некуда бежать. Весь этот, без преувеличения, смертельный, накал страстей держится до последней минуты. И за весь фильм - о смерти! - не сказано ни слова банальности. Считаю, за одно это нужно ставить десять с плюсом. Но здесь еще и Бероев. Он в этом фильме - что-то с чем-то. На уровне Ди Каприо в Выжившем или Хоакина Феникса в Джокере. В конце фильма для разрядки добавлено немного позитива.

«Конец фильма», можно сказать, авторское творение Владимира Котта — он его снял по собственному сценарию. Сюжет хоть и не оригинальный, но не затасканный: режиссер очередной одноразовой продюсерской «нетленки» решает сбежать с площадки прямо во время съемочного процесса. Главную роль, собственно режиссера Митю, играет Валентин Самохин. Мне в какой-то момент показалось, что его герой — это компактное «я-мечта» большинства современных режиссеров, настоящий творец, который наконец-то решится отказаться от съемок ширпотреба, зная, что за этим могут последовать потеря работы, безденежье и множество иных проблем. Чем больше проходит времени, тем миниатюрнее и слабовольнее это внутреннее «я» становится. Митя, видно, очень долго не мог осмелиться сделать этот шаг, потому что в нем совершенно отсутствуют лидерско-диктаторские замашки, которые, как мне кажется, должны быть в любом режиссере. В личной жизни он вполне может быть подкаблучником и бабником одновременно, но в нем должен быть и здоровый эгоизм, чтобы измены не выглядели так дежурно, как чистка зубов по утрам, а злая смска, посланная от лица дочери ее молодому человеку, не казалась трагической мелкой пакостью. Герой Олега Янковского из фильма «Полеты во сне и наяву» вспомнился... Далевско-Янковского сюда бы добавить... Рядом с главным героем постоянно присутствует непонятный персонаж, полная его противоположность — высокий, уверенный в себе, саркастичный, навязчивый. Его второе «я»? Шизофрения? Оказалось, что это Здравый Смысл, он же почему-то Марчелло Мастроянни, в исполнении Егора Бероева. Такого Бероева я еще не видела, он очень понравился в этой роли! «Конец фильма» вряд ли произведет фурор в киносреде, но в нем есть несколько хороших искренних моментов, даже неуместную, казалось бы, мистику, критиковать не хочется, потому что это один из лучших эпизодов.