Зеленее травы

Если бы Дэвид Линч и Тим Бёртон решили снять ситком о жизни в американском пригороде, получился бы именно «Greener Grass» — самый безумный, тревожный и до абсурда точный портрет общества потребления и конкуренции, который вы увидите в этом году. Это не просто фильм, это кислотный трип, завернутый в упаковку пастельных тонов, кричаще-белую улыбку и жутковатую пластиковую эстетику. Сюжет: Абсурд как норма Формально сюжет вращается вокруг двух лучших подруг, Джилл и Лизы, живущих в сюрреалистичном пригороде, где все носят одинаковую одежду в гольф-стиле, ездят на тележках для гольфа и помешаны на статусе. Их дружба и материнское соперничество достигают пика абсурда, когда Джилл на глазах у всех, улыбаясь, дарит своего новорожденного ребенка Лизе просто потому, что та сказала, что у нее «такой милый малыш». С этого момента мир, который и так балансирует на грани помешательства, начинает рушиться с нарастающей скоростью. Дети превращаются в собак, учительница физкультуры оказывается серийным маньяком, а взрослые люди одержимо смотрят футбольные матчи, не понимая их правил. Режиссеры Жослин ДеБоэр и Доун Люббе (они же сценаристы и главные актрисы) создают вселенную, где логика принесена в жертву социальным условностям. Абсурд здесь — не шутка, а единственный возможный язык, на котором можно говорить о безумии конформизма. Стиль: Пастельный кошмар Визуальный ряд — это отдельный персонаж. Фильм снят через фильтры, делающие цвета неестественно яркими, а солнце — слишком ослепляющим. Кричаще-зеленые идеальные газоны, розовые платья, бирюзовые кухни — каждая сцена выглядит как рекламный ролик, в котором что-то пошло ужасно не так. Кадры симметричны и нарочито плоски, что создает ощущение искусственности, жизни в аквариуме или кукольном домике. Актеры играют с застывшими, не моргающими улыбками, их диалоги состоят из бесконечных комплиментов и пустой, бессмысленной болтовни. Эта эстетика доводит до предела идею о том, что благополучие и счастье в современном мире — это тщательно поддерживаемая декорация, под которой скрываются паника, зависть и экзистенциальная пустота. Самое главное: Острая социальная сатира «Greener Grass» — это не просто странность ради странности. Это бритвенно острая сатира на: Культ «идеального» материнства: матери соревнуются не в любви, а в том, чей ребенок более «инновационный» или талантливый. Конформизм и потерю индивидуальности: все пьют бабл ти, потому что это модно, и носят брекеты, даже если зубы ровные, — просто чтобы быть как все. Потребление как религию: герои молятся на свои тележки для гольфа и идеальные газоны, которые являются единственным мерилом успеха. Токсичный позитив: улыбка никогда не сходит с их лиц, даже когда они переживают самое настоящее горе и крах. Показать настоящую эмоцию — величайшее табу. Не удивлюсь, если за основу сюжета легла книга Бён-Чхоль Хана 'Общество усталости'. Итог: Кому смотреть? «Greener Grass» (Трава зеленее) — это крайне неоднозначный и нишевый фильм. Он требует определенного настроя и чувства юмора. Если вы ждете линейного повествования и логичных объяснений, вас ждет разочарование. Но если вы готовы погрузиться в уникальный, параноидальный и гротескный мир, где каждая деталь — это метафора, вы будете вознаграждены. Это один из самых оригинальных и запоминающихся фильмов конца 2010-х, который заставляет смеяться от недоумения и одновременно чувствовать леденящий душу трепет от того, насколько этот абсурд узнаваем. Момент с 'Дети с ножами' показывает, как недалекие 'взрослые' воспринимают субъективно деструктивный контент, считая, что он может необратимо поменять психику ребенка. 8 из 10 Это блестящий манифест против общества показного совершенства, упакованный в форму уникального кинематографического эксперимента. Это тот самый случай, когда трава по ту сторону экрана оказывается не зеленее, а ядовито-неоновой, и от этого за ней невозможно оторвать взгляд. Картина рассчитана на западного зрителя, который не дотягивает до 'среднего класса', но периодически с ним сталкивается. Патологическая вежливость, культ красоты, здоровья и успеха. В картине отвергается сам факт того, что человек имеет полное право быть никем.

'Зеленее травы' - режиссерский дебют Жослин ДеБоэр и Доун Люббе. Жанр «Зеленее травы» заявлен в онлайн-кинотеатрах как комедия, хотя честно говоря, фильм гораздо ближе к артхаусу: четкой структуры и композиции здесь нет, сюжет - сплошной абсурд. Комедийность фильма, наверное, должна проявляться в нарочитой нормальности ненормальных ситуаций, но смешным фильм не кажется – это скорее артхаусная драма с элементами детектива в лучших традициях Д. Линча. Чтобы немного компенсировать сумбурность фильма, провоцирующую сумбурность текста, я поделила рецензию о нем на три блока. Предупреждаю - без спойлеров не обошлось. Контекст Главная тема - иллюзорность американской мечты, ее лицемерие и несуразность. Фильм считывается как насмешка над навязанными рамками и законами американского современного общества. Идея авторов заключается в необходимости сломать систему, потому что жить в ней невозможно – это в прямом смысле «танцы на костях» (последняя сцена - дети играют в футбол на могилах). Фраза, звучащая в финале («за пределы поля не выходить») сопровождается измученной фальшивой улыбкой главной героини - забавно, что последний кадр – лицо Джилл, снятой планом «американка». В современном контексте фильм выглядит несколько наивным – к 2019 году сюжет про человека, пытающегося вырваться из заевшей среды, уже совсем не новинка, а оригинальной повестки и эволюции образа фильм не дает. Тенденция «следования европейской моде» уже не кажется оригинальной, это, скорее, понятная и не требующая обсуждения тема. Похожую тему поднимает сериал «И повсюду тлеют пожары» 2020 года – режиссеры в нем тоже делают акцент на жизнь обычных домохозяек в пригороде, показывают несостоятельность такого образа жизни, подчеркивают лицемерие и страдание «улыбающегося социума», поднимают проблему гиперопеки и «идеального воспитания» детей, однако жанр сериала – драма. Комедия же “Зеленее травы” не выглядит новой, не дает зрителю никакого сенсационного открытия, а вновь пережевывает популярный мотив, но у фильма много неочевидных плюсов: о них читайте в разделе “Техника”. Сюжет Главный персонаж, вокруг которого строится повествование – домохозяйка Джилл, типичная героиня, пытающаяся бороться со средой – здесь фильм напоминает роман Хаксли «О дивный новый мир». Милая (настолько милая, что в первых же пяти минутах фильма дарит подруге свою маленькую дочку) молодая женщина изо всех сил старается быть правильной и подходить мирку, в котором живет. У Джилл есть муж, двое детей, красивый дом. Она ходит на вечеринки к подругам и активно участвует в общественной жизни, ее положение кажется устойчивым. Вторая главная героиня - подруга Джилл, Лизи. У нее тоже есть муж и сын. Лизи завидует Джилл, и постепенно за время фильма меняется с ней местами – забирает мужа, детей, дом и даже одевается в ту же одежду, в которой была в начале фильма Джилл: розовая блузка, джинсы, сережки. Отвечает повестке и название - 'Зеленее травы' - это обыгрывание известной английской пословицы, которую я вынесла в заголовок. Сюжет развивается рывками: раз – Лизи родила футбольный мяч и ухаживает за ним, как за ребенком, два – сын Джилл превращается в собаку, а муж сердится, что Джилл это не устраивает, три – женщина-убийца оккупирует дом главной героини. Фрагменты отрывочны, целостной картины нет, связь между действиями часто опускается (что, впрочем, характерно для артхауса). Примечательно, что оба режиссера также снимаются в главных ролях фильма – Жослин играет Джилл, а Доун – Лизи. ДеБоэр и Люббе привнесли отчетливо феминистический оттенок в сюжет: в фильме главные героини – домохозяйки, а их мужья – скорее декорации, безвольные и бесправные. Муж Джилл в финале остается жить у Лизи «мальчиком при бассейне» - это все, что нужно знать о мужчинах в этом фильме. Конфликт фильма – абсурдность существования в лицемерных законах общества. Героями движут не до конца понятные, но в то же время вполне человеческие мотивы: зависть Лизи, желание вписаться в социум Джилл, стремление мужа Джилл спокойно воспитывать ребенка, не замечая внешних обстоятельств. Абсурд не идет по нарастающей, абсурд - весь фильм, начиная с дарения ребенка и заканчивая тем, что Лиза предлагает Джилл забрать взамен ее сына, а дети играют в футбол на могилах. Фальшивые улыбки, яркие краски и всеобщая типизация – ее символизируют брекеты, которые Джилл собственноручно ломает в конце фильма под аккомпанемент мычания коров. Главная героиня снимает часть брекетов, но фрагменты их все же остаются на зубах – и это демонстрирует проигрыш Джилл: она попыталась бороться со средой, но среда оказалась сильнее. Техника Пожалуй, главное, на что в этом фильме действительно стоит обратить внимание - это техника съемки Режиссеры использовали все приемы в создании материала. В фильме смешивается ассоциативный и параллельный виды монтажа – первый способствует созданию общего фальшиво-тревожного настроя, с помощью второго структурируется повествование. Часто используется замедление, наплыв, зум, картинка все время немного засвечена. Постоянный акцент на деталях – глаза, улыбка (название фильма и перечисление актеров как происходит раз на фоне зубов в дрожащей улыбке Джилл), брекеты и тд. Цвет и свет выстраивают гиперболизированную картинку американской счастливой мечты, преобладают яркие оттенки: розовый, зеленый, желтый, синий, оранжевый. Цель, очевидно, – создать впечатление кукольной, ненастоящей жизни. Костюмы соответствующие – кукольные, семьи одеты по цветам (Лиза и ее муж в голубой, Джилл и ее семья в розовый). Декорации также служат созданию «кукольности» - домики героев выглядят как игрушечные для Барби, а передвигаются персонажи на гольфкарах (встают на перекрестке каждое утро, все время споря, кто проедет первым). Тревожная музыка в основном не соответствует цвету и свету (кукольной картинке), часто заслоняет действие – голоса слышны как из бочки, а фоновая музыка/звук выходит на передний план. Иногда тревожные мелодии сменяются нарочито спокойными и радостными. Финал фильма снят под хор из третьего акта оперы «Набукко» Джузеппе Верди, фрагмент «Va, Pensiero» - крещендо, нарастание звука, отрывочные удары по барабанным перепонкам зрителей, с помощью которых подчеркивается апофеоз происходящего. Впечатляющий по визуальной картинке, технике съемки и продуманности деталей фильм, к сожалению, все равно не дотягивает до высокой оценки из-за вторичности общей идеи. Но в целом можно сказать, что равнодушным зрителя просмотр точно не оставит – спектр эмоций может быть крайне разнообразным: удивление, отвращение, непонимание, грусть, ярость или страх. «Зеленее травы» однозначно произведет какое-то впечатление, хоть и не факт, что положительное.