Тара — запретные удовольствия

СИНОПСИС: Соня, женщина средних лет, отвечает согласием на предложение руки и сердца немолодого вдовца Альфредо. Однако в их отношения неожиданно вмешивается дочь мужчины Елена, испытывающая к своей потенциальной мачехе совсем не дочерние чувства. В один прекрасный день Соня, не сумев устоять перед напором Елены, становится ее любовницей, разрывая отношения с отцом девушки. В этот момент в окрестностях деревни, где происходят события, появляется банда грабителей. Вначале они насилуют задержавшуюся по пути домой Соню, а затем осаждают дом, где она заперлась вместе с Еленой… Сюжеты многих бразильских фильмов времен порночанчады могут вызвать у незнакомого с этим явлением зрителя что-то похожее на когнитивный диссонанс. Поток эксплуатации в кинотеатрах Рио, Сан-Паулу и Белу-Оризонти шел такой, что сценаристы, порой, не знали уже как бы ввернуть в действие что-нибудь эдакое, дабы привлечь наевшегося «чернухи» и «порнухи» зрителя. В результате на свет безбожный вылезали такие гибриды, что никаким зоологам в страшном сне не приснятся. «Мания» от одного из безвестных бойцов порночанчады Луза Кастеллини как раз и представляет собой такую «неведому зверушку», где к телу эротической драмы с хитровымученным любовным треугольником прилеплена голова триллера «rape & revenge». Две эти сюжетные линии прилеплены друг к другу настолько грубым швом, что создается впечатление, будто авторы снимали два совершенно разных фильма, но по каким-то причинам решили слить весь материал в единое целое. Кто знает, вполне возможно, что так оно и было, особенно если вспомнить, что за спиной у режиссера маячила фигура одного из крупнейших деятелей бразильской киноэксплуатации Фавзи Мансура, выступившего в роли продюсера. А тот никогда особой разборчивостью в своих проектах не отличался. Как бы там ни было, но цели своей авторы добились: странность и неустроенность сюжета действительно привлекает к фильму внимание, выделяя его из сонма себе подобных. Тот самый резкий переход от романтической драмы с красивыми эротическими сценами к кровавому триллеру заставляет «Манию» по крайней мере запомнить. А уж если добавить, что любовная история представляет собой борьбу за руку и сердце деревенской красавицы между отцом и дочерью (та самая «хитровымученность»), то у хитрого арабского лиса Мансура были все шансы выделиться из толпы. Другое дело, что сам он, возможно, с этой задачей справился бы лучше. Снимавший фильм Луз Кастеллини никакими талантами отмечен не был, да и с мастеровитостью тут тоже как то не заладилось, а потому потенциал у фильма был явно больше, нежели конечный результат. Зато с динамикой у «Мании» все в полном порядке. Многие триллеры (даже вполне успешные) часто страдают неспешным развитием действия, из-за чего зритель, порой, с трудом удерживает внимание на перипетиях сюжета, с нетерпением ожидая кровавой развязки. Другие, наоборот, срываясь с места в карьер, не оставляют публике места для сантиментов и переживаний за героев. А здесь все в порядке. Эротические пертурбации персонажей за первую половину ленты скучными не назовешь никак, равно как и последующую жестяную жесть с изнасилованием, выпусканием кишок наружу, ошпариванием кипятком, насаживанием на совершенно случайно висящую на стене алебарду и прочими прелестями кровавой мести для любителей сплаттеров. Понятно, что все это не течет всевозможными жидкостями во весь экран: все-таки 70-е годы к особому натурализму в изображении членовредительства не располагали – но все от него зависящее сеньор Кастеллани в этом отношении сделал. Конечно, «Эммануэль», скрещенная с «Я плюю на ваши могилы» – зверь маложизнеспособный, но в качестве разового эксперимента вполне имеющий право на существование (кто сказал – заспиртованным в банке?). К тому же лишний раз полюбоваться на формы одной из звезд бразильской эксплуатации Патрисии Скальви – тоже повод не проходить мимо «Мании». Кстати, в образе разъяренной фурии во второй части фильма она вполне убедительна. Пожалуй, даже более убедительна, чем в роли молодой лесбиянки, уводящей невесту у собственного отца. Но тут уж скорее проблема сценария, в котором правдоподобность событий откровенно принесена в жертву их невероятности. Впрочем, поклонники бразильских сериалов давно уже привыкли не обращать внимание на подобные несуразности. А поскольку порночанчада и все эти «Рабыни Изауры» выросли на одном и том же поле и возделывались одними и теми же агрономами, то и особо критиковать тут нечего. Фильм Кастеллини и Мансура – не худший и, к тому же, оригинальный образец жанра с хорошей актрисой в главной роли. Этого достаточно.