Фестиваль Рифкина

'Фестиваль Рифкина' определенно не станет моим самым любимым фильмом Вуди Аллена. Но внимания он заслуживает. Как и все, к чему прикладывает руку великий мэтр. Не секрет, что почти в каждом фильме Аллена в главной роли мы видим самого режиссера. Его образ воплощали Оуэн Уилсон, Джастин Тимберлейк, Хоакин Феникс, даже юный красавчик Тимоти Шаламе. Но здесь Вуди ни капельки не льстит себе. Как и его герой Морт Рифкин в исполнении Уоллеса Шоуна, он стар, он устал и далеко не все понимает в постоянно меняющемся современном мире. Его реальность осталась где-то там, в черно-белых снах. Но жизнь диктует свои правила, и Морт, облачившись в белый костюм, вместе с женой отправляется на кинофестиваль. Там жизнь бьет ключом. Внимание жены сразу же переключается на молодого перспективного режиссера, а предоставленный самому себе Морт, начинает хандрить. От депрессии его спасает встреча с молодой женщиной Джо - врачом-кардиологом. И жизнь Морта начинает играть новыми, яркими красками. Но все фестивали рано или поздно заканчиваются... Как я писала выше, фильм этот не станет моим любимым, не войдет даже в коллекцию лучших у Аллена. Хоть снят он в любимой моей неторопливой манере, с яркими красками и чудесными, сложными характерами. Он слишком... депрессивный и не оставляет надежды на светлое будущее. Он как бы иллюстрирует мысль, что всю жизнь можно условно разделить на путь на ярмарку и с обратно с ярмарки (или как здесь - с фестиваля). И от этого грустно. 7 из 10

Многим людям свойственен ассоциативный образ мышления. Я – один из них, и похожего персонажа рисует Аллен. Рифкин пытается осмыслить происходящее вокруг через свой культурный багаж, и в отличие от критиков, я тут виду не метафору, а именно суровую практику. Пытаясь опереться на что-то, мы имеем свой опыт и опыт прочитанных книг, услышанных историй и просмотренных фильмов. Обычно процесс анализа проходит одновременно сумбурно и быстро, Аллен даёт возможность нам насладиться попытками интерпретации происходящих мимом событий, замедляя движение сюжета в символических «пастишах». Не скрою узнал последнее слово из справки IMDB, где приводится список упомянутых фильмов и список черно-белых зарисовок («снов» Рифкина), имеющих не пародийный, а скорее возвышенно-чествующий оригинал характер. Тема «снов» популярна в творчестве многих авторов. Аллен, как знаток русской литературы очевидно в курсе и про сны Веры Павловны из «Что делать» и про мифопоэтику снов в творчестве Достоевского и другие примеры. Впрочем, отсутствие пафоса и сюрреалистический характер снов приближает их «Городу женщин» Феллини. Как и там сны- это прежде всего игривые воспоминания стареющего мужчины о своем опыте контакта с женщинами. Сексуальному герою Феллини есть что вспомнить о своих былых приключениях. Приключениями же Рифкина являются прежде всего то, что изучал и преподавал – типичная судьба интеллигента, которую актер Шон Уоллес предсказал ещё в своём дебюте (между прочим великом «Манхеттене»!), который находится в дискурсе того, что много лет изучает. И нельзя сказать, что Рифкин не пытается вырваться из замкнутого круга своего восприятия: он уезжает из зоны комфорта (любимого города – Нью-Йорка, как и Аллен), он в конце концов делает самое страшное для специалиста – меняет сферу деятельности и пытается написать роман. Я пытался написать роман много раз, и пришел к выводу, что не могу пока рассказать людям что-то принципиально-новое, откуда взять ценным мыслям и опыту, если я и не пожил толком, размышлял я. Как мы видим по Рификну, и на 8-ом десятке опыта может не хватать. Является ли в целом попытка бессмысленна? В разных ситуациях по-разному. Доктор Джо Рохас в какой-то момент приходит, что можно получать удовольствие и в том, в чём ты не являешься специалистом. Но на то она и молода, старый герой же, перебирая воспоминания в голове приходит к пониманию, что в его жизни было одно занятие, которое приносило ему удовольствие. В этом смысле Аллен подчеркивает свободу выбора, что конечно лучше всего проявилось в любовных линиях. Обсуждение развода – одно из самых спокойных и адекватных в кино. И, конечно то, что пока Рифкин мечтает (после единственного ужина!), как будет «спасителем», «шпионом», «героем» для той, кто ему понравился, у неё могут быть совершенно другие планы, к случайно встреченному человеку, не имеющему никаких отношений. Сама локация позволила Вуди наконец дополнить свою копилку рассказов о любви пополнить таким хрестоматийным кейсом, как разбор скоротечного курортного романа. Причем, как водится, показанного сразу на нескольких примерах. Собственно, столкновение легкого опьянения отпуском и серьезных размышлений о жизни это ноу-хау режиссера, к которому он шел на основании своего уже четверть-векового путешествия по миру (если отсчитывать от женитьбы в Венеции). Нетрудно увидеть в насмешке над курортными романами и пародию на собственный хит «Вики Кристину Барселону». Если в давешнем крайне популярном фильме все эмоции происходят на серьезных щах, то в «Фестивале Рифкина» схожая локация (снова Испания!) позволила Аллену выписать похожие типажи в совершенно других обстоятельствах. Мачо-художник в новом воплощении теперь противный алкаш-толстяк, пристающий к натурщицам, но даже столкновение с ним не делает Рифкина «героем». Он всего лишь охающий гость и его вежливо провожают за дверь, т. к. не его дело, чем эти очередные испанские страсти закончится. Хороший урок для всех захмелевших на жарком южном берегу! Но кроме явной сквозной пародии «Рифкин» выделяется конечно своей чередой «пастишей». Мне повезло, и я знаю большую часть отсылок. В этом смысле удовольствие при таком знании можно сравнить с любыми характерными постмодерн-работами, например, «Однажды в Голливуде» (к которому Тарантино делал целый список «фильмов для просмотра». Смотреть можно конечно и без этого, и тогда эти черно-белые эпизоды становятся просто сюрреалистическими шутками, но конечно хочется рекомендовать самому просветиться: Гражданин Кейн - сцена с санками и насмешка над поиском ценного в воспоминаниях Рифкина Земляничная поляна (1957) – сцена подслушивания разговора брата и бывшей возлюбленной На последнем дыхании (1960) – сцена под белым одеялом Жюль и Джим (1962) – сцена на велосипедах, знаменующая неспособность угнаться Рифкину за скоростным романом своих соседей по фестивалю Восемь с половиной (1963) – сцена ироничного светского общения в саду Мужчина и женщина (1966) – сцена в машине под дождем Персона (1966) - сцена общения двух женщин на шведском, уморительно смешная, когда знаешь бесконечную серьёзность оригинала Ангел-истребитель (1962) – сцена за ужином, когда гости не могут покинуть комнату. Седьмая печать (1957) – одна из лучших сцен фильма с Кристофером Вальцем, который советует не курить и регулярно проходить колоноскопию. Список можно продолжить, т. к. в нём есть фильмы пародируемые (вся линия молодого режиссера-участника фестиваля), обсуждаемые (милые насмешки на Капрой) и подразумеваемые сюжетом, как уже упомянутый выше Феллини или «Скромное обаяние буржуазии» того же Бунюэлля. Общее течение в «Рифкине» такое же необязательно-буржуазное, сюрреалистическое в снах и обаятельное в своей лёгкости. В конце концов, если на своем 50-ом и возможно последнем фильме Аллен оставит нам призыв – вспоминать почаще про лучший опыт жизни и про хорошие фильмы – это тоже вдохновляюще.