Ночной прилив

Застенчивый морячок Джонни в джаз-клубе познакомился с загадочной красавицей Морой, и расцветала бы их молодая любовь, но у Моры есть страшная тайна. Очень милый фильм, его сильные стороны - интригующий сюжет, стильная выверенная черно-белая картинка и локации, не всегда ровная, но искренняя игра актёров, замечательный саундтрек. Чувствуется что 'Ночной прилив' полнометражный дебют режиссера Кертиса Харрингтона, и как дебют он трепетно любовно сделан, во многом наивный, но полный полутонов и загадок. Сценарий также написан Харрингтоном и в сюжетной линии много от детектива и нуара; чтобы помочь любимой Джонни предпринимает настоящее расследование, встречается с разными людьми, даже посещает гадалку. У фильма размеренный ритм, а камерная, уютная и в тоже время тревожная атмосфера деликатно раскрывает поэтическую сторону ужаса, хотя последняя треть и рационально всё объясняющая концовка немного подпортили общее положительное впечатление. Общая обстановка не морская а скорее приморская. Одиночество, меланхолия и межсезонное затишье царят в курортном городке где происходит действие, меланхолией и обречённостью веет и от хрупкого романа Джонни и Моры. Во многом глубины истории придает исполнитель главной роли совсем тогда молодого Деннис Хоппер, его Джонни совсем не разбитной морской волчина, а такой симпатичный, нервный паренёк с грустной улыбкой, какой-то очень настоящий (какая всё-таки у американских моряков забавная форма, как детский костюмчик). Красивая скуластая Линда Лосон тоже хороша в роли таинственной немногословной Моры. Её героиня гречанка это обыграно и платьями туниками с конусовидными лифами, и имя её отсылает к древнегреческим богиням судьбы мойрам, вспоминаются и истории о сиренах завораживающих мореходов. Белоснежный завтрак на балконе, когда Мора подзывает чайку или её странный танец-транс на ночном пляже среди толпы битников одни из ярких сцен фильма. Кстати в маленькой, но запоминающейся роли женщины в черном, которая преследует Мору, появилась Марджори Кэмерон. Кэмерон художница, поэтесса, актриса и опытная оккультистка, последовательница Телемы Алистера Кроули, она была замужем за пионером ракетостроения и соратником Телемита Джеком Парсонсом. Режиссер Кертис Харрингтон был близок к этому кружку, даже снял несколько короткометражных фильмов для одиозного Кеннета Энгера. Но в 'Ночном приливе' практически отсутствуют какие либо люцеферианские отсылы, скорее по легкости и атмосферности он больше схож с работами Майи Дерен кино-крестной Харрингтона, ну и конечно чувствуется влияние фильмов Вэла Льютона и Жака Турнера, есть прямые аналогии с мистическим шедевром 'Люди-кошки'. И безусловно 'Ночной прилив' вписывается в американскую Новую волну 1950-60-х когда молодые независимые режиссеры получили возможность снять необычные, экспериментальные фильмы (зачастую мистические или хорроры такие как 'Карнавал душ' 1962, 'Dementia 13' 1963, «Incubus» 1966). Итог: 'Ночной прилив' как причудливый цветок распустился на неласковой почве коммерческого кино Америки. И несмотря на попытку рационального объяснения волшебства в конце фильма, всю таки мистическое начало побеждает и в заключительных титрах как посвящение появляются строки Эдгара Аллана По: И в мерцаньи ночей я все с ней, я все с ней, С незабвенной — с невестой — с любовью моей- Рядом с ней распростерт я вдали, В саркофаге приморской земли.

Кёртис Харрингтон принадлежал к той среде, чьи воззрения на киноискусство отличались радикальностью и стремлением внести колдовскую энергетику в закостенелый, по их мнению, киноязык голливудской индустрии. В середине 1950-х он работал вместе с видным авангардистом Кеннетом Энгером, у которого сыграл роль сомнамбулы в «Торжественном открытии храма наслаждений». Кроме того, Харрингтон симпатизировал телемскому учению Алистера Кроули, а Майя Дерен приходилась ему наставником. Всё это с большой вероятностью имплицирует микроскопический бюджет и чуть ли не полное отсутствие зрителей. «Ночной прилив» ярчайшее тому свидетельство. Интригующий киносказ о слабости юного моряка перед загадочной ундиной на деле оборачивается неудачной попыткой элиминировать из интуитивно знакомого всем мифологического сюжета ненужные подробности и оставить лишь нищенское одеяние магического реализма. Фабульная структура представлена чредой встреч между влюблённым Джонни (роль исполнил Денис Хоппер) и морской богиней по имени Мора (Линда Лосон). Их знакомство произошло на фрик-шоу, где в одном из помещений гостей встречала настоящая русалка. Её внешность обворожила юношу, и он начал грезить девушкой, осознавая при этом, что ни к чему хорошему такая страсть не приведёт. Как-то раз сладкая парочка занималась дайвингом, и Мора возжелала убить своего друга. Настоящее событие послужило точкой невозврата для героя и пертурбацией архитектоники фильма, выглядевшей до этого чрезмерно безыскусной. Его жизнь тесно переплетена с жизнью существа, находящегося по ту сторону экранной реальности. Проиллюстрировать это размышление может сцена с чайкой. Мора вступает с птицей в контакт не как человек, а как фантастическое создание, способное диалогизировать с иным миром. В то же время Джонни пассивно наблюдает, мысля в её акте нечто разрушающее привычный для него порядок вещей. Отождествление с главным действующим лицом позволяет и нам приоткрыть завесу над секретом Моры. Картина преисполнена эстетизмом старых бульварных комиксов ужасов и обладает далеко не уникальным, но редким сеттингом. Говорить о её художественной значимости трудно или, пожалуй, невозможно.