И стал свет

Мне сложно оценивать истории, где каноничность традиционной, может быть, деревенской жизни возводится в абсолют, а все современное – плохо, просто потому, что это современное. Некоторые истории перестают быть актуальны с течением десятилетий. Это нормально, ведь все, что может после них остаться - художественная ценность. К фильмам Отара Иоселиани я отношусь с большим предубеждением. Я не считаю их плохими, или скучными. Автор мне просто не близок, я по своей сути не люблю терпеть кино, я люблю его смотреть. Как всегда говорю, получать вдохновение, чувствовать, что внутри что-то откликается. И стал свет - фильм с громко звенящей аннотацией: жизнь племени меняется под натиском технологий. Рецензенты пишут про экологическую притчу, а я час жду хоть какого-то экранного развития. По сути, вся история - это последние 20 минут, когда племя просто перестает существовать. Происходит типичная эволюционная социализация, история не стоит на месте, все каталогизируется, и вот пастуху за 3 минуты рисуют паспорт, обыскивают на границе и отпускают за шлагбаум. На фоне массовой урбанизации 20 века история, конечно, выглядит свежо, рассказана она просто. Грузинская ирония автора белой нитью сшивает сцены. Правда, такой взгляд на историю создает неплохое впечатление. Но мне, резиновому зрителю, испорченному яркой картинкой и бодрым ритмом; человеку, забывшему о подростковой любви к старому кино; все повествование кажется ужасным. Первые полтора часа - племенной африканский ад, без начала и конца, без смысла и содержания, с бытовыми почти документальными сценами. Они сном закрывают глаза, и только иногда врывающиеся в поле видимости грузовики, везущие вырубленный лес, заставляют проснуться и вспомнить: Так, я смотрю классику авторского кино, я дам еще один шанс, обязательно, сейчас что-то произойдет и во мне что-то да откликнется.

Довольно тяжело смотреть такой фильм в наше время. И дело даже не в том, что мы 'зажрались'. Фильм очень скуп на все, что мы привыкли видеть в художественном фильме. Что должно быть в художественном фильме. Если бы жанр был документальным, это снимало бы море вопросов. Но тогда бы он и оценивался по другим критериям. Но да ладно, мы имеем то, что имеем. Думаю, не мне учить Отара Иоселиани снимать фильмы. Я лишь поделюсь своим скромным мнением. Пожалуй, главный недостаток – отсутствие сюжета. Хотя формально он есть. Он как Кот Шрёдингера. Несомненный плюс – это идея. Сейчас таких фильмов хватает. Есть 'Танцующий с волками', 'Покахонтас', 'Последний самурай', 'Апокалипсис' и, конечно, 'Аватар'. Но все это вышло позже, хотя их уровень гораздо выше, конечно. Ну и финал здесь более правдоподобный, нежели в голливудских фильмах. Фильм об империализме. Он описывает борьбу современного человека с коренными народами. Причем борьбы, как таковой, нет. Более развитая цивилизация просто молча приходит и берет все что им нужно, ни у кого ничего не спрашивая. Что остается более слабому коренному населению? Ничего, только возмущаться, уходя, проклинать это самое место, что и делает один из персонажей фильма. Но это только идея. Сюжета, как такового, нет. Он развивается очень вяло. Первый час фильма просто показывается быт населения. И ты вынужден собирать все крупинки сюжета, как местные аборигены собирают капельки дождя. Его можно рассказать в трех предложениях, и это даже не будет спойлером. Жило-было африканское племя. Охотились, рубили лес, мылись, стирали, отрубали головы (в целях лечения), строили, разводились, женились, рожали, избавлялись от стариков. Потом пришла более развитая цивилизация, срубила весь лес, и аборигены были вынуждены переселиться в это новое общество. Все, конец. Я не случайно вот так просто сухо перечислил факты. Так же и в фильме, никаких эмоций, никаких событий, разговоры оставлены без переводов, лишь изредка для понимания всего происходящего дурдома, когда самому понять не представляется возможным, на экране появляется объясняющий текст, либо перевод пары реплик из разговора. Видно, что режиссер хотел показать переселение именно с точки зрения коренного народа. Что они чувствуют, как они будут осваиваться в новом месте, как у них сложатся отношения с совершенно другим обществом, которые ходят в непонятных тряпках, прикрывающих тело. Жмут руки, не понять зачем, что аж потом рука воняет и не отмоешь. Но как раз вот этой адаптации нет. Мы не понимаем что они говорят, что они чувствуют. Вплоть до того, что в финале, когда в большом развитом городе встречаются бывшие знакомые из племени, они пальцами показывают, дергают одежду друг друга и что-то бурно обсуждают, но мы не знаем что! Ну как так? Это же самое главное. Счастливы ли они стали, что стали жить в таком обществе? Что не нужно мыться в бочке или ждать дождя, чтобы помыться. Что еду можно купить в магазине. Что лечить болезни можно без обезглавливания. Или все же свобода им была важнее? Может им нравилось повелевать дождем и ветром? Где все эти ответы? Их нет. Но зато есть очень сильно растянутый быт. Идем дальше. Что еще должно быть в художественном фильме? Правильно, актерская игра. По Станиславскому, есть два типа актерской игры. Первая – это когда актер проживает на сцене свою роль и персонажа. Вторая – это когда актер вне сцены своей игрой доводит чувства и эмоции до автоматизма и на сцене просто воспроизводит эти чувства, без проживания. Так вот в фильме, можно сказать, полностью весь актерский состав использует первый тип игры. И это я очень мягко выразился. Ибо у меня на протяжении всего фильма возникало ощущение, что я смотрю документалистику на дискавери. Ну и иногда вспоминал популярный 'Дом 2' и игроков в футбол. Сложно не вспоминать о них, когда персонажи начинают драки, толкачки на пустом месте, падать буквально от небольшого прикосновения и барахтаться по земле. Видимо, пришел оператор, воткнул несколько камер и ушел. А люди просто живут и занимаются своими делами. Через месяц оператор приехал, забрал свои камеры, отдал режиссеру, по совместительству, еще и монтажеру. Тот быстренько все это склеил, не парясь особо из-за качества склеек и благополучно пустил фильм в массы. А массам фильм понравился. Критикам фильм понравился. На Венецианском кинофестивале фильм даже получил особый приз жюри. Итого. Мне хотелось бы выразить свое отношение к осовремениванию первобытного общества. Лично я ничего плохого в этом не вижу. Первобытный человек не лишается своих возможностей. Единственное ограничение, которое на него накладывается – это бумажная зависимость. Но в любой момент, он может плюнуть на все, взять топор, пилу, удочку и уйти жить в лес. А плохих людей и в обществе необразованных аборигенов хватает. Чего только стоит эпизод, когда парень хотел пригласить девушку в свой новый отстроенный дом, но тут вмешался бездельник отец девушки, который только спит и ест и он 'выгнал' парня, если говорить нашими словами. Плохие люди есть везде. Не нужно из-за них осуждать все общество. 1 из 10