Роковые яйца

'Роковые яйца' - фантастическая повесть Михаила Булгакова, написанная в 1924 году и впервые опубликованная в 1925. Разные авторы относят повесть то к жанру сатирической научно-фантастической повести, то к сатирико-фантастическим произведениям, что, в сущности, одно и то же. Используя фантастический сюжет, гротескные повороты действия, Булгаков наглядно показал неудачную и беспомощную деятельность советского правительства во время куриного мора, частую слежку за людьми со стороны ГПУ, беспомощность и угодливость советской прессы. Коммунисты в повести изображены неспособными к творческой мирной работе, хотя и умеющими хорошо обеспечить охрану своего порядка. Учитывая ярко-сатирическое содержание повести, понятно, почему первая экранизация этого произведения состоялась только в 1992 году. Это - в бывшем СССР. За рубежом ещё в 1977 году итальянец Уго Грегоретти снял двухсерийную картину 'Роковые яйца / Uova fatali', определив её жанр как... джалло! Я не видел эту ленту, поэтому не могу судить, как в ней уживаются элементы криминального триллера и эротики! Существует ещё телеспектакль 'Роковые яйца' режиссёра-постановщика Павла Резникова, но об этой работе ничего не удалось найти. Получается, что первая экранизация повести состоялась в России почти через... 70 лет после её написания! Возвращаясь к спектаклю Ольги Козновой с Юрием Яковлевым в главной роли, хочется сказать, что грандиозность булгаковского замысла никак не может быть втиснута в прокрустово ложе телевизионного спектакля. Если иронию, сарказм, гиперболу, пародию, комизм ещё можно передать репликами, мимикой, интонациями персонажей, то главная составляющая повести - фантастичность - может быть реализована исключительно средствами художественного фильма. Однако создателям телеспектакля удалось другое - точно передать 'букву текста'. Кому не нравится скудная 'визуальная составляющая', могут слушать спектакль как аудиокнигу. Тем более, что тембр голоса Юрия Яковлева прекрасно передаёт дух повести. В заключении хотелось сказать о том, что у повести - предположительно - имеется иной вариант финала. Об этом упоминал в дневнике и сам писатель: 'В повести испорчен конец, потому что я писал её наспех...' Об этом напечатала и берлинская газета 'Дни' от 6 января 1925 года: 'Булгаков читал свою новую повесть. В ней необозримые полчища гадов двинулись на Москву, осадили её и сожрали. Заключительная картина - мёртвая Москва и огромный змей, обвившийся вокруг колокольни Ивана Великого'. Писатель-фантаст Кир Булычёв считал, что такой финал куда логичнее и куда более булгаковский. Однако рукописей с такой версией повести не сохранилось, поэтому сегодняшнему зрителю остаётся довольствоваться 'каноническим' содержанием...