Вновь давным-давно

Очень хороший и сложносочинённый, но оборванный в финале 4ой серии (но теперь уже продолжения, я думаю, не будет из-за ухода Ульеля, а он там главный герой) сериал. Наверное, его первая (и уже последняя) работа и тот благодатный материал, в котором ему было где развернуться в полный рост. Если того же «Ганнибала» Гаспар «писал» по сути лишь одной краской — психопат-убийца-мститель за сестру — и был прекрасен и жуток в своей одномерной жестокости (даже при всем своем ангелоподобии рядом с актерски практически недосягаемым, как всегда, Рисом Ивансом), то здесь у него большая и многомерная драматическая роль со сложным рисунком: крепко закрученная спираль из любовной линии с непростой девицей, пишущей диссертацию и периодически поедающей его мозг, бывшей подруги и маленького сына, брата с шизофренией, умершей мамы и ее многолетнего тайного любовника-соседа, путешествий во времени с целью изменить настоящее and so on. Ульель здесь впервые по-настоящему взрослый мужик, а не (ангел с крыльями) облако в штанах, как обычно, исключая «Ганнибала», серьезный и ироничный, ранимый и равнодушный, чувственный, злой, растерянный, сексуально заряженный, местами жестокий и плачущий от сердечной боли. Все здесь немножко hommage бывшему мужу Софьи Френсисовны К. Спайку Джонси с его «Being John Malkovich» и Мишелю Гондри с его «La Science Des Reves» (даром, что Шарлотта Генсбур с ее ёдкой иронией и рядом с Ульелем бы смотрелась не хуже, чем с Берналем). Он тут тоже где-то такой же, как Берналь в «Науке сна», только повзрослее и несколько раз крепко долбанутый жизнью. Именно после этой работы Ульеля стал окончательно понятен его громадный потенциала как для интеллектуального кино с великими, так и для умного независимого кино с молодыми и талантливыми кинематографистами, потому что он может сыграть что угодно, а его (ангелоподобие) хрупкость и субтильность вполне себе уравновешивается довольно жёстким внутренним каркасом и знанием себе цены и мощной сексуальной составляющей (которая выражена не только в том, что Ульель с лёгкостью входит в кадр без штанов (благо, как и в случае с Юэном МакГрегором там есть что демонстрировать:) и готов на любые эксперименты в этой плоскости, но и в том, что сексуальная энергия льется из него на зрителя, а sex appeal — вещь крайне необходимая для актера. И тем не менее, помимо очень мощной чувственной составляющей, именно интеллектуальный аспект, его способность мыслить, размышлять в кадре, даже сидя на диване, уставившись в одну точку, зажигая сигарету за сигаретой — это то, что невозможно сыграть или сымитировать. Он вполне бы мог становой легендой европейского, да и мирового кино, новым Делоном или, скажем, Джеймсом Дином, а то и обоими сразу, потому что в этой его фактически последней работе он засиял всеми гранями своего таланта. К несчастью, сияния больше не будет. И поэтому не отпускает горькая мысль, что при таком количестве бездарных, одномерных и одноразовых старлеток обоих полов надо было забрать именно такое прекрасное, одаренное и мыслящее создание, которое могло бы озарять мир своим светом ещё много лет. Все-таки жизнь, как и любовь, та ещё сука.