Владимир

Нелепо, смешно, безрассудно, безумно, Волшебно! Этот наивный продукт Netflix имел все шансы попасть у меня в черный список. Сюжет, левые нарративы, достаточно прямолинейные посылы, бородатые шутки, нелепые (в плохом смысле слова) персонажи, казалось бы, не давали шанса полюбить это шоу. Однако случилось странное, я посмотрел залпом и даже почти не раздражался. Главная героиня (имени ее мы не знаем) – писатель в кризисе, успешный профессор литературы и жена успешного профессора литературы в том же колледже. Да, многовато литературы для одной семьи. Дочь – да тоже вполне успешна, юрист как-никак. Все вроде отлично, но на самом деле дела не очень. Муж гуляет со студентками направо и налево, обвинен в харрасменте (допрыгался наконец), а дочь рассталась со второй половиной и уволилась. Но нашу литераторшу это даже не особо и волнует. Она, конечно, наигранно, киношно даже, всплескивает руками, произносит умные монологи, но ни сама в них не верит, ни ждет веры от других. Все в этом мирке сплошь интеллектуальные адюльтеры. Справедливости ради, брак у них давно настолько открытый, что сквозняки давно стали ветрами. Предположительным харрасментом студенток героиня тоже невнятно озабочена, в ее то время это были лишь боевые зарубки (трофеи). Молчание – тоже реакция, хоть и не все это понимают. Единственно чем грезит наша прелестница, а играющая ее Рэйчел Вайс по-ведьмински хороша, новым коллегой – красавчиком профессором с русским именем Владимир (молодой английский сериальный секс-символ миллениалов и зумеров Лео Вудалл). Она комично вожделеет его при каждой встрече и практически живет в плену своих клишированных фантазий. Под дружные причитания окружающих коллег, которые не знают, что делать с пикантной преподавательницей, она томно обсуждает с Владимиром книги друг друга. Мы не живем, мы пишем о жизни. Казалось бы, основные инстинкты, а они, как мы знаем из кино, самые сильные, должны были окончательно победить в героях. Хватит уже сочинять истории, пора жить. Всем это требуется, волнует, манит. Впрочем, чем все «безобразие» закончится, Вы узнаете сами. Идеальных финалов не бывает, ну почти. В данном случае он тоже «на любителя». Вся эта мешанина из страстей, болтовни, наивных поступков, декоративных персонажей обрушивается на зрителя и неожиданно очаровывает. В чем же причина. Может быть в бесстыдной прямолинейной игре Рэйчел Вайс, а может быть в верно выбранном язвительном языке повествования. Авторы абсолютно не приукрашивают ни героев, ни общество, ни ситуации. Зрителю вроде и неловко за героиню, но и осуждать ее не хочется. Она заслужила и страсть, и работу, и новую книгу. А другие … пусть подождут.

Сериал «Владимир», появившийся на платформе «Netflix», — из тех редких телевизионных произведений, которые притворяются лёгкой академической сатирой, а на деле оказываются почти анатомическим атласом эротических женских фантазий. Это история не столько о страсти, сколько о том, как воображение постепенно начинает пожирать реальность женщины-писателя. В центре повествования — преподавательница английской литературы, женщина примерно пятидесяти лет, переживающая не столько кризис среднего возраста, сколько кризис личной субъектности. Её играет красавица Рэйчел Вайс — актриса, чья интеллектуальная холодность давно стала её главным художественным инструментом. Вайс умеет изображать женщин, которые одновременно умны и беззащитны перед собственными иллюзиями. В «Владимире» эта двойственность становится основным двигателем сюжета. Жизнь героини начинает трещать по швам: муж — преподаватель с репутацией ловеласа — оказывается в центре университетского сексуального скандала со студентками. Его играет Джон Слэттери, мастер изображать мужчин, которые уже слишком давно привыкли к собственной безнаказанности. Их брак выглядит как музейный экспонат: формально существует, но эмоционально давно законсервирован. И вот в этот немного затхлый академический мир врывается молодой писатель и преподаватель по имени Владимир. Его играет Лео Вудалл — актер, обладающий тем типом экранного обаяния, которое физически ощущается на экране. Владимир в сериале — фигура почти призрачная. Он не столько персонаж, сколько проекция женщины: экран, на который героиня начинает проецировать свои скрытые желания, страхи и несбывшиеся версии собственной жизни. Сценарий строится на тонкой, почти литературной игре между реальностью и фантазией. В какой-то момент становится ясно, что Владимир интересен героине не как человек, а как архетип. Он воплощает всё то, что она потеряла или, возможно, никогда и не имела: молодость, легкость, возможность начать жизнь заново. Создатели сериала ловко используют университетскую среду как метафору. Академия здесь показана не храмом знаний, а пространством бесконечных мелких войн — карьерных, сексуальных, идеологических. Кампус напоминает театральную сцену, где каждый персонаж играет роль: чиновника, прогрессивного интеллектуала, разоблачителя, жертвы или моралиста. При этом «Владимир» удивительно ироничен. Сериал будто бы подмигивает зрителю: всё происходящее одновременно и серьёзно, и немного смешно. Вроде все это фантазии героини и в тоже время как бы реальность. Понять это бывает не просто. Желание героини снова почувствовать себя живой и желанной иногда выглядит трогательно, а иногда — почти неловко. Но именно в этой неловкости и заключается правда самой истории. Режиссура избегает громких эмоциональных жестов. Вместо драматических кульминаций — длинные взгляды, паузы, неловкие разговоры в университетских коридорах и тихие сцены одиночества. Камера часто задерживается на лице Рэйчел Вайс чуть дольше, чем принято на телевидении, словно предлагая зрителю самому додумать, что происходит внутри сознания героини. В итоге «Владимир» оказывается сериалом не о любовном романе, а о любовном воображении, переходящем в одержимость. О том, как творческая женщина может построить внутри себя целую вселенную из намёков, случайных взглядов и недосказанных фраз. И о том, что эта внутренняя вселенная иногда оказывается гораздо мощнее и притягательнее реальности. В эпоху, когда телевидение всё чаще стремится к громким сюжетным поворотам и скандалам, «Владимир» действует почти старомодно: он наблюдает за внутренним миром женщины 50+. И это наблюдение — внимательное, ироничное и слегка печальное — делает сериал одним из самых любопытных телевизионных портретов современной интеллектуальной телевизионной индустрии. 8 из 10