Стена

К сожалению, я очень мало знаю о курдском конфликте и об авторе фильма - и, соответственно, не могу говорить об его идеях. Но в конечном итоге, автор рассказывает историю, а слушатель или зритель берет от нее то, что доступно его пониманию. Начну очень издалека, упомянув сцену родов. Я всегда любила смотреть 'старые' фильмы (хотя, как по мне, у кино нет возраста), и давно заметила, что в них не было так много 'цензуры'. Это не показывай, тук не делай - но никак не могу отследить момент, когда же это все началось? Конечно, я и не представляю себе какую-нибудь голливудскую звезду первой величины рожающей в фильме на камеру, но... с другой стороны, а почему? Раньше цензура запрещала действительно 'опасные' книги и идеи, а теперь, складывается ощущение, что из нас делают каких-то пушистых зайчиков, которые падают в обморок от одного вида крови. Но опять же - это лишь мое наблюдение. Фильм... Честно говоря, если бы не поголовно усатые и поголовно чернявые обитатели тюрьмы, ее с легкостью можно было бы принять за любую другую тюрьму в мире. Но первые кадры 'изнутри' почему-то навеяли мыслей о чем-то советском - тут тебе и ковры на стенах, и кепи, и знаменитые турецкие свитера, в которых не ходил только ленивый. Другое дело, что таких фильмов в СССР не было. Их и делать не было смысла - никакая бы цензура не пропустила. Это уже потом, после 'падения' всем известного занавеса.. Но я не хочу сейчас заводить старую шарманку о том, каким плохим был или есть тот или иной режим. Из всего, что мне удалось узнать о тюрьмах из всякого рода произведений, я могу сказать, что все это было, есть и, несомненно будет. Насилие внутри тюрем, побои, издевательства и... мечта. Нет, даже не о свободе. А хотя бы о другой тюрьме, потому что 'хуже, чем тут, нам уж точно не будет'. А речь ведь не только о буквальных тюрьмах.

Откровение от величайшего турецкого художника, который около трети из сорока семи лет отпущенной ему жизни провёл в тюрьмах и военных штрафных батальонах, успев, между отсидками, продемонстрировать свой небывалый талант в множестве популярных фильмов, запомнившись яркими ролями в кино, впечатляющими сценариями, став режиссёром самых успешных картин турецкого кинематографа. Курд по национальности, он вынужден был через всю свою жизнь пронести бремя насилия и притеснений, испытав унижение и попрание всех человеческих прав, чтобы потом, криком души пронзить зрителей своих кинофильмов. Все действие «Стены» происходит внутри турецкой тюрьмы, где, волею судеб, протекает жизнь самых разных людей. Заключённые, охрана и власти. Отчуждение, изоляция и насилие, тем жёстче и безнадёжней, чем меньше возраст заключённого. Гюней концентрируется на младших, он демонстрирует бессилие самого слабого, отчаяние бесправия, живущего надеждой на случайное избавление. Тюремный быт, дружба, обман, унижение – всё это в живых лицах и шокирующих сценах не для робких глаз. В напрашивающейся аналогии с концлагерем - вызов режиссёра власти и режиму, обвинение в преступлении и призыв к борьбе. Да простят мне банальность, сила работы Гюнея – в правде. В правде, которую этот режиссёр испытал на своей шкуре и пронёс через всю свою недолгую жизнь, в правде о праве человека на жизнь, честь и совесть, в правде, которой он посвятил этот фильм.