Знак вампира

Ностальгия - это слово в полной мере может стать объяснением к этому фильму. Тодд Браунинг, снял по сути римейк сразу двух своих успешных фильмов - 'Дракулы' и 'Лондона после полуночи'. При этом, как и во многих 'запрограммированных' работах, которые делаются преимущественно в предвкушении прибыли, фильм просто напомнил нам о картинках двух известных картин. Тут не будет шедеврального напряжения, которого несла 'Дракула'. Не будет и вставных челюстей и выпученных глаз вампира. Детективный сюжет будет перемежаться темой необходимости борьбы с вампирами. Торопливая исследовательская суета сменяется фирменной и привычной паутиной, летучими мышами, крысами и вполне повторимым Бэлой Лугоши. Остается не более, чем простое напоминание о былых победах. А учитывая, что 'Лондон после полуночи' фактически не сохранился, то просто по этой ленте можно сделать не самые лучшие выводы о фильме-прототипе. На поверхности этого вполне тихого кинематографического озера, ибо пресное, выплывает лишь незаурядно обыгранный образ Кэролл Борланд - дочери графа Мора. Это сейчас, мы избалованные инфантильностью Тима Бартона совсем не удивляемся подобным демоническим красоткам. А так, настоящая 'Вампира'. С деловой же точки зрения - картина является прямо настоящим пособием для того, как не нарушать авторские права. При всем сходстве с Дракулой - даже Бэлу Лугоши пригласили и сюжет перевели в Восточную Европу, фильм никак не может покушаться на пересечение с романом Брэма Стокера. Тем ценнее лента, при всей ее второстепенности. В заключение, не могу не отметить сцену, которая мне очень понравилась - когда громкие и нескладные новоявленные охотники за вампирами проходят рядом с гробом графа Мора и обсуждают когда именно и как его убить - мы видим гроб, в котором напряженно вслушиваясь лежит Бэла. На его лице одновременно раздраженность, величие и страх. Пожалуй еще нигде я не видел такого яркого и точного сплава эмоций. Это как депрессирующий Бэтмен - реалистично и точно. 6 из 10

К 1935 году карьера Тода Броунинга уже была обречена и шла по наклонной. Человек колоссального таланта и мастерства, Броунинг и до «Уродцев» смело играл с настроениями зрителей, критиков и цензоров. До какого-то момента все сходило ему с рук, но финансовая неудача этого скандального фильма моментально нанесла режиссеру удар, от которого он не смог оправиться. Законы бизнеса суровы и не дают второго шанса. Наверняка Броунинг, подписывая контракт со студией MGM на постановку «Знака вампира», прекрасно осознавал, что у фильма ничтожные шансы на большой успех. И все равно взялся за постановку, как упрямый чернокожий бруклинский боксер из того же 35-го. Наверное, иного выхода и не было. Призвав на помощь своего верного соратника и главную звезду фильма, Белу Лугоши, Броунинг сделал все, чтобы “Mark of the Vampire” выделился, стал заметным фильмом в возрастающей массе выпускаемых хорроров, очень популярных в те годы. Стоит отметить, что пик увлеченности и финансовой привлекательности фильмов ужасов уже тоже был пройден, точно так же как и пик карьер Броунинга и Лугоши, двух ярчайших имен и символов американского фильма ужасов 30-ых. И стоит отметить, что первая половина была очень даже не плоха. Общий нагнетающий антураж достигался проверенными и действующими методами. Место действия – относительно замкнутое пространство, окраины Праги, практически локальный колхоз. Цыганская община, в которой множатся суеверия, слухи и байки. Жители, развешивающие по комнатам волчий аконит и страшащиеся демонов замка. Все это сбавлено пугающими звуками в ночи и незаметными намеками. Неудивительно, что инспектор Нойман как человек со стороны не вписывается в эту ситуацию и столкновение его точки зрения на вампирский вопрос и местных вызывает диссонанс, вовлекающий зрителя ближе к середине картины. Игра в «верю-неверю» не затягивается, и уже чуть далее фильм начинает резко сдавать. Со второй половины возникают резкие переходы между локациями, форсированность событий и, кажется, что режиссер теряет контроль над ситуацией, а сам фильм напоминает расстроенный орган. Все это приводит к излишнему мелодраматизму, неуместной гротескной наигранности и нераскрытости большинства персонажей. Взять к примеру, графа Моро. Кажется, что Бела даже не переодевался со съемок «Дракулы». Да и к чему эта рана на голове? И если в «Дракуле» любое появление Лугоши на экране заставляло задержать дыхание, то в «Знаке вампира» вызывает в лучшем случае недоумение. Ближе к финалу фильм все больше и больше превращается в какофонию, теряет шарм фильма ужасов и начинает попахивать бульварным детективом. Все эти провалы и неудачи можно объяснить одной простой идеей. Броунинг просто потерял уверенность в себе, уверенность в своих силах, способностях, таланте. И сколько бы этого таланта не было бы в режиссере, но без уверенности в себе нельзя снять шедевра, как «Дракула» или «Уродцы». Можно снять только «Знак вампира», до которого доберутся разве что самые отпетые любители хоррора, да и то, скорее в дань памяти мастера, чем из-за интереса к самому фильму.