Паразиты

Мы все обожаем истории успеха. Классическая голливудская жвачка учит нас: трудись, верь в себя, и однажды ты переедешь из картонной коробки в пентхаус. Ага, щас. Южнокорейский гений Пон Джун-хо берет эту сказочку, смачно пережевывает и выплевывает прямо нам в лицо. Его «Паразиты» — это не мотивационный тренинг. Это звонкая, виртуозная пощечина лощеному капитализму и тем, кто наивно верит, что дно невозможно пробить дважды. Знакомьтесь, семейка Ким. Маргиналы 80-го уровня, профессиональные ловцы халявного Wi-Fi, сидящие на унитазе под потолком своей сырой полуподвальной норы. Глава семейства, которого потрясающе играет Сон Кан-хо, — это ходячая энциклопедия проваленных бизнес-идей. У него нет плана. Зато у его детей план есть всегда. С помощью фейкового диплома, распечатанного в интернет-кафе, парочки мастерских манипуляций и феноменальной наглости, они начинают методично, как клопы в дорогом матрасе, внедряться в дом семьи Пак. Семья Пак — это другая планета. Это элита, которая пахнет дорогим кондиционером для белья и не замечает, как вокруг них крутится реальный мир. Мать семейства в исполнении уморительной Чо Ё-джон — это вообще отдельный вид искусства. Она настолько инфантильна, оторвана от реальности и внушаема, что ей можно продать песок в пустыне, если назвать это «эксклюзивной арт-терапией из Иллинойса». Паки богаты, красивы и непроходимо слепы к тому, кто на самом деле стирает их трусы и готовит им лапшу. Первая половина фильма — это искрометная, чертовски изящная афера в стиле «Одиннадцати друзей Оушена», только вместо Джорджа Клуни у нас прожженные жизнью корейские нищеброды. Ты сидишь, ехидно хихикаешь и болеешь за этих прохвостов. Их социальная инженерия вызывает интеллектуальный экстаз. То, как они устраняют конкурентов с помощью банального персика — это просто отвал башки. Но ровно в тот момент, когда ты расслабляешь булки и думаешь: «Какая забавная черная комедия», Пон Джун-хо бьет тебя кувалдой по затылку. Идет дождь. Звенит дверной звонок. И с этой секунды жанр совершает полицейский разворот на 180 градусов, стирая шины в дым. Комедия положений с треском проваливается в мрачный, клаустрофобный, хтонический триллер. Вы внезапно понимаете, что тараканы, разбегающиеся при включенном свете — это не просто метафора. Это диагноз. Фильм начинает выкручивать вам нервы так, словно это мокрое полотенце. Напряжение нарастает до такой степени, что воздух в комнате можно резать ножом для стейка. Никаких спойлеров, но поверьте: то, что прячется за идеальными дизайнерскими стенами особняка, заставит вас забыть, как дышать. Отдельные аплодисменты касту. Чхве У-щик (сын) и Пак Со-дам (дочь) — просто феноменальны в своей холодной расчетливости. А Ли Сон-гюн блестяще воплотил образ хозяина жизни, который никогда не переходит черту, но при этом источает такой высокомерный снобизм, что хочется помыть руки после его улыбки. И все это завернуто в гениальную операторскую работу, где каждый лестничный пролет, каждый луч света и каждый поток грязной воды в канализации работают на общую, беспощадную идею. «Паразиты» — это кино о запахе. Том самом специфическом запахе бедности, который не отмыть ни в какой ванне, потому что он въелся под кожу. Это кино о том, что когда люди загнаны в угол, они перестают быть людьми. Это редчайший случай, когда кино одновременно развлекает тебя до колик в животе, держит в потных ладошках от саспенса и оставляет послевкусие бетонной плиты, рухнувшей на грудь. Вы будете смотреть в черный экран на титрах и думать: «Какого черта это сейчас было?». Шедевр. Абсолютный, грязный, гениальный шедевр. Смотреть всем, у кого еще осталась нервная система. 10 из 10

К счастью или сожалению, именно с этого фильма я начал знакомство с корейским кино. И какого же было мое удивление, когда это творение явилось для меня квинтэссенцией ВСЕХ стереотипов об азиатских фильмах. Одной из моих претензий к фильму является его тотальное отсутствие стилистической и жанровой целостности. Кинолента не развивается как органичное целое, а буквально распадается на несколько частей, каждая из которых существует в собственной парадигме. Первая часть позиционируется как социальная комедия, построенная на до отторжения нелепых манипуляциях представителей маргинализированного класса по отношению к буржуазной семье. Однако комедийная составляющая характеризуется примитивным около-фарсовым юмором, лишенным тонкости и основанным на ситуационных клише. Буквально уровень сериала 'Кухня', в котором, к слову, это смотрится весьма органично. Внезапно, фильм в какой-то момент перестает быть комедией и стремится к мелодраме, что выглядит настолько неестественно, насколько это возможно. Стоит отметить, что режиссер этого творения, по всей видимости, не понимал каким хочет видеть фильм. В нем мы можем увидеть и попытку в реалистичную социальную критику а ля Скорсезе, и попытку в Тарантиновский трешак. Внезапное введение стихийного бедствия в качестве катализатора драмы воспринимается как слишком прямолинейный прием, призванный подчеркнуть контраст между социальными стратами. Изображение страдания бедных на фоне легкомысленного потребительства богатых, не вызывает эмпатии, а, напротив, обнажает манипулятивный характер режиссуры и вызывает отторжение лично у меня. Все сводится к простому: 'Богатые - глупые и плохие, бедные - хорошие' Из этого формируется ключевая претензия к фильму: социальная критика, вместо того, чтобы быть незаметно интегрированной в повествование, бросается в глаза чересчур броско и ярко, фактически лишая зрителя возможности к анализу этого кино. Вспомнить только количество трактовок условного 'Таксиста', имеющего гораздо более низкую оценку, так сразу становится ясно, что фильм блекнет на фоне действительно хорошего кино, призванного критиковать и облачать социальную несправедливость.