Кислота

Фильмы-портреты поколений – явление, становящееся вечным, являя собой продолжение изображения авторами своих современников, самих себя в типизированном облике. Оно перекликается с литературными произведениями на эту же тему, помогает зрителю глубже взглянуть в действительность, которая напоказ выставляет все свойства времени и людей, но которую, забывшись за бытом и эгоизмом, не видит ни одна сторона общества. Новым таким представителем жанра стал дебютный фильм Александра Горчилина. Сюжет зиждется на событиях, близким к реальной жизни молодежи, по возрасту находящейся в переходном периоде между миллениалами и зумерами, потому-то свойственные им черты поведения можно наблюдать и у более юных представителей, хотя сами герои фильма больше относятся к «Y» - поколению. Главные герои, Саша и Петя – молодые люди, им едва перевалило за 20, и они уже не подростки, но еще и не взрослые, и в первую очередь, психологически. В фильме главной темой становится сам процесс перехода во взрослость, который возможен только при страшном погружении внутрь себя – что и предстоит всем героям картины. В самом начале перед зрителем предстает событие, вызывающее у героев внутренние разрушения, и на поверхность выходят все невидимые ранее «пробоины», оставленные судьбой, именно в запечатленный сюжетом момент становления себя герои пожинают плоды прошлого. Будь то взросление без отца, недостаток любви обоих родителей, или привычное непонимание цели жизни, которую опасаются планировать из-за нестабильных прошлых лет. Создатели фильма поднимают множество проблем времени, проблем вечных: «отцы и дети», проблему дружбы, любви, воспитания, смысла жизни, религии, самопознания. Здесь представителями поколения являются не только 2 друга, но и другие их друзья, по-своему реагирующие на жизнь, кто-то более болезненно, кто-то фатально. И каждое такое проявление отражает пути, по которым идут новоиспеченные самостоятельные люди, ожидавшие от будущего обещанного взаимопонимания и любви, а получившие бремя одиночества. Но, как бы ни складывалось отношение с обществом и миром, герои стремятся к свету – даже когда они поддаются инстинктам и соблазнам «взрослого» мира. Кислота: в фильме это не просто название, не просто химическое соединение, это состояние души. Кислота представлена в фильме как в физическом облике, так и в духовном, абстрактном. Она является участником всех событий, она словно сама кровь картины, задающая темп персонажам. Ведь те чувства, те мысли в голове героев – они их «окисляют», они становятся причиной желания перестать жить как прежде, толкают на «реакции», на самобичевание и «окостенение» как личности. Фильм рассказывает о земной, знакомой каждому жизни, где вся красочность и эмоциональность рождаются взаимоотношениями между людьми, ими же жизнь становится периодами бесцветной и «кислой». Актеры отлично справились с задачей, их жизнь в кадре выглядит искренне, не оттого ли, что сами они – представители поколения, речь о котором в фильме? Не забыть фразу Пети (Александр Кузнецов), являющую собой смысл произведения: «Все наши проблемы в том, что у нас нет проблем…» Подбор ракурса и методов съемки также помогает передать общий замысел и погрузиться в историю: ракурсы нейтральны – реалистичны, кадры длинные только в моменты завершения мысли или напряженного развития сюжета. Камера часто движется вслед героям, за спиной (там их груз, который мы невольно ощущаем), частые крупные планы – всё это помогает проникнуться, сблизиться с героями и их внутренними переживаниями. Кстати, кому-то может показаться влияние Серебренникова, но, на мой взгляд, фильм всё-таки дышит авторским, чем-то новым, даже молодым. Игра не резкая, все идет словно «по течению», хотя композиция нестандартная: нет яркого конфликта, есть данности, с которыми живут и борются персонажи, а кульминация, можно считать, есть завязка. Саспенс рождается с первых минут, он сопровождается игрой света, красками, резкими, немного психоделическими эмоциями – этим, и многим другим фильм напоминает работы Гаспара Ноэ. Говоря о странностях методов, нельзя не отметить роль анимации в фильме, которая присутствует лишь в одном кадре, и как бы выдергивает из реальности, вызывает смятение, вопросы. Ее надобность в работе скорее оценивается субъективно, но она так же показывает противоречия, 'смуту' в сознании молодости, еще не устоявшейся психики. Горчилин в этом фильме предстал режиссером и ни разу в кадре не появлялся, но он отлично мог понять актеров, не только потому что это его коллеги по театру и друзья, но и потому что они ровесники, они говорят на одном языке и видно, что актеры действуют непринужденно, понимают суть, а дебют Александра удачно выпал на работу в направлении реализма. Мысли автора хорошо удалось передать, передать и словами героев, близкими нам. В картине нет сильной эмоциональности, настроение вполне сдержанно, как и поведение запутавшихся героев, которые позволяют себе повысить голос только в момент переполненности накопившимся чувством. Даже музыка здесь не служит вспомогательным элементом повествования - большее внимание к диалогам, к обыденности, от которой герои не могут уйти. Лишь в самом начале на фоне мы слышим «Why does my heart feel so bad?» - нам словно намекают о последующем, дарят эту эмоцию печальной радости и счастливого начала грустного конца. И пусть главный герой считает себя музыкантом, его музыка в фильме ни разу не прозвучала, возможно, как раз оттого, что ему суждено отречься от мечты, услышать мнение 'общества' в лице друга (напоминает Бездомного и Мастера). Увлечение Саши музыкой - период становления, посредник в новый мир 'взрослости' с его оценочными суждениями и практичностью. Конец фильма очень показательный, заключительные сцены настолько контрастны в эмоциях и в общем сюжете, что становится ясно – этот штрих станет незаменимым в данной работе, авторским, уникальным методом. Уверена, последняя сцена нравится режиссеру – что-то гротескное. Благо, что не свершившееся. Не важна и предметность, художники не добавляют акцента на фоновые объекты или на внешний вид героев (разве что в первых кадрах, когда это оправданно), нет ничего отвлекающего от погружения в мысли персонажей. Цветовое решение тонко нас наводит на нужный лад – все в холодных, естественных для нашей местности и ума тонах и цветах. Итак, новый фильм о новом поколении, которому, как и всем людям на земле, суждено пройти испытания экзистенциональных кризисов и моральных заблуждений, точек перехода во взрослую жизнь, одиночества и желания всё закончить 'здесь и сейчас' – несет в себе груз ответственности авторов, посягнувших на создание монументальной работы-характеристики новых людей. Быть может, в будущем найдется лучшая версия воплощения вечной идеи, но «Кислота» Горчилина останется всегда в кино-летописи, станет основой и вдохновением будущих работ на эту же тему, станет ярким примером необычного творчества режиссера, похвально дебютировавшего. 8 из 10 Так как восприятие некоторых моментов весьма субъективно.

Режиссеру без опыта режиссерской работы захотелось снять этот фильм, а мне захотелось написать рецензию на него, хотя я никогда этого не делала. Вай нот? Мне фильм понравился и 'зашёл'. Индикатор - я под фильмом второй день. Потому что он про меня, про моих друзей, про время в целом. Нераскрытые персонажи, говорите? Банальные диалоги? Рваные отрезки и склейки? Я не профи, мне этого ничего не видно. Мне в душу запали эти короткие диалоги и неумелые пейзажи. Не ради упаковки этот фильм, а ради содержимого. Фильм о тех, кто страдает от пустоты внутри. Многие с ней живут, не замечая, а некоторым жизненно важно ее чем-то заполнять. Хоть кислотой в марках, хоть в бутылках. От человечества уходит духовность, пару лет назад художник нашего времени креативно укладывал стопками жестяные банки и называл это инсталляцией, сейчас окунает в кислоту шедевры отца, а дальше что? младенца в кислоту? Чтобы тебя заметили? чтобы почувствовать себя живым и 'быть хоть кем-то'? Потому что неправильно это: крестить без согласия. Неуважительно к будущей личности. А потом что? В три года уточнить, хочет он быть мальчиком или девочкой? Фильм о духовно деградирующем эгоистичном обществе. Заставляет задуматься и обличает наше время.