Горечь и сладость

Привет персонажам без мотивации, действиям без логики, ранениям без последствий и пафосу без меры. Корейцы взяли и насыпали в салатницу тонну жанровых клише от жаждущей простой жизни любовницы мафиози до перестрелок у колонн и рюских торговцев оружием. Добавить шаблонно меланхоличную музыку из американских полицейских драм, ввести чит на бесконечные патроны, перемешать, растянуть до внушительного хронометража - и получится 'Горечь и сладость'. А вообще-то одна только горечь - ни одного плюса я не могу назвать, говоря об этом фильме. Вообще ситуация с 'Горечью и сладостью' похожа на недавнее противопоставление 'Клинка, рассекающго демонов' и 'Акудама драйв'. Шаблоны и трафареты не плохи сами по себе - вопрос в том, как ими пользоваться. Шаблоны могут дать лучшее, выкристаллизованное поколениями франшиз, позволяя автору не тратить время на самостоятельные поиски и сосредоточиться на чем-то еще - шаблоны могут стать ступенями к 'успеху'. Но ступени работают, когда идут одна за другой и стоят в нужном порядке - если же из них выложить на тротуаре слово 'успех', никакого успеха они не дадут. Что 'Горечь-сладость', что 'Акудама-драйв' механически сложили из внешне рабочих шаблонов кино, которое вроде по логике должно работать. Но оно не работает, потому что шаблоны, схемы, алгоритмы, приемы и формулы работают не сами по себе, но нанизанные на некий самостоятельный каркас (эстетический, метафизический, постмодернистский, etc). Плохой фильм, жаль потраченного времени. Мог ведь книжку почитать. А, из плюсов все-таки назову нашего с вами, по-видимому, земляка, говорящего на чистом русском - и играющего, понятно, русского.

Повесть о корейском самурае Сон-у отдалено напоминает самурая Мельвиля. Начавшиеся с притчевой основы, картина заканчивается также в фешенебельном клубе. Корейской картине не хватает поэтичности. она куда более кровавая. Пальцы тут отлетают только так, и пинта крови в перемешку с блевотиной заставит неженок содрогнутся. Сон-у настоящий терминатор и Киддо в одном флаконе. Его невозможно убить. Он получает на ледовой арене несколько ножевых ранений и через считанные минуты идет как нивчем не бывало на финальную схватку. Он способен выбраться, пускай из неглубокой ямы без пальца и сильными ранениями и буквально через 5 минут дубасить целую банду головорезов. Не реалистичная сказка, пропитанная потом и лужами крови. Верность одинокого волка коробят дерзкие действия босса, оставив преданного Сон-у подыхать, так и не услышав вразумительного ответа начавшегося насилия против него. В памяти Сон-у останется только Хи-су утонченная музыкантша, которой он дает шанс начать жизнь заново в дали от диктатуры и отчаянной недолюбви своего босса. История эдакого ромея, ищущего справедливость и одинокого воина, философией которого является справедливость во чтобы то не стало. Его месть и поступки оправданы, он исключает убийство против дорожных лихачей, лишь проучивая. А уж кого кого, а бабку уборщицу стоило отметелить только так. Но и она остается лишь связанной без серьезных повреждений. Лиричная и в то же время ультра-насильственная картина имеет свою притягательность. Вспомнить только взрывную сцену сборки пистолета за считанные секунды и расправы над корейско-русским недо синдикате. Но чрезмерная живучесть Сон-у и в правду делает сюжет фильма похожим на нереальный сон. Поэтичное начало и финальное размышление главного героя с учителем затмевает пафосный боевичок, пытаясь сделать из Сон-у художника насилия. У Мельвиля Кастелло был предельно молчалив, в его действиях была поэзия, его одиночество олицетворяла птица в клетке и многогранный финал в клубе делали эту историю на века. Корейский самурай - лишь один из многих представителей своего жанра, нарочно проталкивающий не необходимые притчевые трактаты.